Приобнял, что-то на ухо прошептал, в щеку поцеловал. Я не ревновал ведьмочку к кузену, потому что в этом нет смысла – избранный! Однако чувство гадливости от его слов и поступков присутствовало.

Да, здесь главный гад именно я. И таковым останусь, пока не разгадаю основную задумку семейства Ройс. Буду и дальше изводить Вивиан, не делиться с ней планами, потому что в нашем трио есть еще один человек, способный ею командовать. Он вполне может спросить у нее обо мне, поинтересоваться, словно невзначай, нашими отношениями, моим поведением, и тогда все мои старания пойдут прахом. А так никто не будет брать меня в расчет, решив, что я получил от ситуации все возможное и шевелить пальцами ради блага самой кошечки не стану.

Однако я уже втянулся. Поддался. Сошел из-за нее с ума.

Немыслимо, если подумать. Не собирался, хотел до последнего оставаться к ней равнодушен, идти лишь по намеченному пути, но потом она на меня набросилась.

Тот момент четко отложился в памяти. Ведьмочка подо мной, такая маленькая, хрупкая. Ее волосы разметались по полу, в них застряли сухие травы, окружившие нас одуряющими запахами. В глазах настоящая буря. А потом взгляд стал темнее, губы маняще приоткрылись, приглашая их поцеловать. Наверное, я именно так и сделал бы, если бы не вмешался Лиар.

Сейчас же они поднялись на второй этаж. Вскоре затихли звуки шагов, громко хлопнула дверь.

Пусть очаровывает, утешает. У него все равно не выйдет сблизиться с кошечкой, потому что сам…

Интересно, у меня получилась задумка и она уже беременна? Пусть было бы так, тогда Вивиан станет неприкосновенной. К ней не посмеют притронуться даже самые могущественные ведьмы, потому что ребенок – это святое.

Тогда у нас появится время, она сможет стать сильнее, обучиться магии. Защитит себя и нас.

– Господин? – отвлек меня от раздумий Ларэн, единственный человек, готовый служить мне верой и правдой.

– Следи за ведьмой. Рассказывай о каждом шаге. Важна любая деталь.

– Понял, – поклонился невысокий паренек, которого я подобрал на улице еще мальчуганом, и поспешил выполнить мое поручение.

Я задержался взглядом на лестнице, нутром стремясь туда, к своему ласковому свету с чарующим голосом, которую по-хорошему следовало бы залюбить, зацеловать, сделать ее мягкой и податливой. Выбить из головы дурные мысли, чтобы снова смотрела на меня яростно или настороженно, а лучше ненасытно, голодно. Но переборол себя и вернулся в библиотеку к начатому виски. Долго пребывал в состоянии ожидания. Понимал, что не придет, потому что оборвалась нить, однако эгоистично надеялся.

– Господин, – ближе к вечеру пришел ко мне Ларэн.

– Что там?

– Мисс Грэйчерс отказалась располагаться в хозяйских покоях и в смежных с ними. Она попросила что-нибудь самое отдаленное от вас. В итоге поселилась на третьем этаже.

– Со слугами? – поморщился я.

– Да.

Настолько возненавидела меня?

– Хорошо, что-то еще?

– Они с мистером Ройсом беседовали о свадьбе. Выбирали удобную дату и говорили, какие необходимы приготовления. Господин, простите меня за любопытство, но разве можно ведьме выбрать только одного избранного?

Нет, нельзя. Нельзя, мать твою! Так было бы все проще, так бы я давно избавился от кузена и присвоил кошечку себе. Остался бы с ней в том богами позабытом доме. Но связь двойная, ее нужно завершить, вот только ни я, ни Лиар к этому не готовы.

Ларэн напоролся на мой взгляд, вжал голову в плечи. Извинился еще раз за неуместный вопрос и скрылся за дверью.

Свадьба, значит. Согласилась, дурочка маленькая.

Я осушил виски, отставил бокал. Решил отвлечься и направился в кабинет, чтобы погрузиться в дела имения Грэйчерс, ибо без железной руки все разваливалось. Но мысли были бессвязными. Я не мог сосредоточиться. Вскоре плюнул на пустую затею и пошел на второй этаж, третий…

Спросил у пробегающей мимо служанки, где остановилась Вивиан. Подошел к двери, приложил ладонь к ней, понимая, что лучше нам не видеться, не разговаривать. Она не поймет намеков, я не смогу объяснить. Только если на грани чувств, на отголосках доверия, интуиции, к которым моя маленькая ведьмочка точно не прислушается.

Уперся в деревянную поверхность лбом. Взялся за ручку, начал поворачивать ее.

– Господин? – опасливо позвала Лора.

Я отстранился, грозно покачал головой, чтобы не шумела, и направился в свои покои. Долго не мог уснуть. Ворочался. Порывался вернуться, ворваться в ту комнату, схватить кошечку и отнести туда, где ей место – в мою постель. Потом подмять под себя и целовать, пока не оттает. Может, поймет, примет? Вдруг почувствует?!