– Очаровательное зрелище, – прокомментировал Лиар и провел пальцами вдоль моего позвоночника. – Ты готова, Ви?

К чему? Я хотела посмотреть на Ройса, но Дрэйк не позволил. Повернул мое лицо к себе. Завладел губами, настойчиво и властно. Словно я для него одного, больше никого рядом. И мне нельзя реагировать. Нужно подчиняться. Поддаваться. Отдавать себя. Ему!

Я напряглась от давления сзади. Попыталась воспротивиться, потому что неприятно, но брюнет продолжал целовать. Отвлекал, плавил мой мозг. Показывал, насколько слаба перед ним, что больше собой не владела. Зато есть он, они. И уже оба двигались. Растягивали, заполняли. Были во мне, превращали кровь в жидкую лаву, меняя окружение в смесь мрака и стонов. Возвращали в ту злосчастную ночь, когда невозможно запротестовать, а любое движение, прикосновение, шепот во сто крат усиливали возбуждение.

Но все казалось до невозможности правильным. Будто именно так должно быть.

Неторопливые движения, разбавленные грудными стонами, скольжение ладоней по влажным от пота телам. Спереди, сзади. Я не понимала, что мне делать. Терялась в пространстве, в ощущениях. Меня гладили. Грудь, талия, спина, бедра. Вновь поцелуи, головокружение. С одним, со вторым. Приятные слова, комплименты, грязные наставления, порочная улыбка.

Движение. В меня. До упора, чтобы прочувствовала, окончательно поняла, приняла, перестала, наконец, сопротивляться. Как доказательство и убеждение. Вместе. Одновременно.

В меня.

В меня!

– Шепчи, – тихо-тихо произнес Дрэйк, прижимаясь к моему уху. Словно очередная тайна, о которой посторонним знать нельзя. – Вита нова.

– Вита нова… – поддавалась, подчинялась.

– Концеста Дрэйк. – Негромко, на грани слышимости, медленно двигаясь во мне в унисон со своим кузеном. Не отпуская моего взгляда.

– Концеста Дрэйк… Лиар! – сорвалась я на крик, когда тот резко ворвался, что отозвалось вспышкой боли.

– Ты восхитительна, Ви, – потянул он меня вверх, к себе, и лизнул уголок моего рта. – Сладкая, нежная, Ви…

Начал наращивать темп. Стянул мои волосы на затылке, заставил запрокинуть голову. Теперь двигался быстро, разжигал огонь внизу. Доводил до исступления, напрочь лишая даже сил на то, чтобы сидеть, как-то шевелиться. Они сами все делали. Я превратилась в желе. Больше не могла. Уже растворялась в блаженстве, которое усиливалось, заволакивало пеленой глаза, превращало окружение в хоровод цветов, вспышек.

Руки. Хрипы.

Прикосновения.

Это безумие длилось бесконечно. Я попросту не чувствовала себя как нечто отдельное, цельное, меня уже не существовало.

Шлепки, рычание.

Падающий на меня потолок, ощущение парения.

Слишком много всего и одновременно мало. Хотелось уже взлететь, добраться до желанного финала, взорваться на атомы и никогда не собраться.

Их пальцы, впивающиеся в мою плоть.

Движение внутри, пульсация. Стон, мой, чужой. Общий!

Как такое возможно?!

Яркая вспышка, уносящая на запредельные высоты. Крупная дрожь, возвращающая меня на нашу кровать.

Я упала на Дрэйка и больше не могла пошевелиться. Рядом на кровать завалился Лиар, стянул меня со своего кузена, прижал спиной к груди. Зарылся носом в мои волосы и довольно замычал.

Веки налились свинцом. Я довольно улыбнулась, уже начала погружаться в необходимый сейчас сон, как услышала:

– Здесь мало места для троих. Я вниз, – сказал Мальро и ушел, оставив внутри легкое чувство раздражения.

Однако я не стала на нем заострять внимания. Прислушалась к теплу другого мужчины. Утонула-уплыла в сон, но, казалось, почти сразу же проснулась.

Вокруг уже было темно. Рядом сопел Ройс. В окно заглядывала луна.

Я залюбовалась белым светом, проникающим в комнату. Долго разглядывала разрезающие мрак лучи, чувствовала в теле приятную слабость и вообще не хотела шевелиться.

Правда, после случившегося непотребства во рту поселилась ужасная сухость, тем более хотелось немного ополоснуться, хотя бы обтереться. Я вынырнула из-под одеяла, подхватила халатик. Спустилась вниз. Быстро заглянула в ванную комнатку. Потом опрокинула в себя целый стакан воды, но едва направилась к лестнице, подумала о Дрэйке.

На носочках приблизилась к его кровати, только чтобы проверить. Всмотрелась в темноту.

– Почему так долго, ведьмочка?

– Я даже не собиралась к тебе идти.

– Конечно. Ложись, – потянул он меня за руку и, сбросив ненужное одеяние, укутал своими объятиями.

Первое время просто согревал, а потом начал гладить плечи, исследовать мое тело, сминать будто случайно попавшуюся на пути грудь. Целовать куда придется. Вжиматься в меня сзади своим готовым ко всему мужским орудием.