Он вышел, оставив меня одну. Я ещё раз осмотрела номер, пытаясь успокоиться. Ну что ж, вечер обещает быть интересным. Я решила принять расслабляющую ванну и немного почитать, чтобы отвлечься от мыслей о сложившейся ситуации.

– Ладно, — сказала я вслух, — всё будет хорошо. Я справлюсь.

После ванны я решила начать читать, чтобы отвлечься от тревожных мыслей.

Взяв книгу я начала читать, но слова на страницах расплывались перед глазами. Мысли о предстоящем ужине не давали мне покоя. Я пыталась сосредоточиться на сюжете, но каждый абзац казался мне пустым и бессмысленным.

Я отложила книгу и подошла к окну. За окном простирался заснеженный лес, окутанный тишиной. Вдали виднелись лыжные трассы, по которым мы завтра отправимся кататься.

«Всё будет хорошо», — повторила я про себя, но как-то неуверенно. Я знала, что Демиан — умный и опытный человек, но это не означало, что он не видит во мне женщину. А я? Я пыталась вести себя профессионально.

Я снова села на кровать и закрыла глаза. «Успокойся, — приказала я себе. — Ты справишься. Ты профессионал. Это всего лишь ужин». Но в голове звучал другой голос, шепчущий: «А что, если это больше, чем просто ужин?»

Я услышала тихий стук в дверь.

– Да? — ответила я. За дверью стояла горничная с корзиной цветов.

— Для вас, мисс, — сказала она с улыбкой. — Это подарок от мистера Демиана.

Я поблагодарила её, чувствуя, как щёки заливает румянец. Цветы были великолепны — пышные розы и нежные лилии. Я поставила их в вазу и вдохнула аромат. Этот жест был полон тепла и заботы, и я не могла не улыбнуться.

«Он старается», — подумала я, чувствуя, как внутри разливается приятное тепло. Но вместе с ним пришло и понимание: будет непросто. Но я знала, что справлюсь. Я сильная. Я умная, в конце концов.

Ну здравствуй, сынок.

— Здравствуй, отец, — ответил Михаил, услышав голос Олега Дмитриевича в телефонной трубке.

Олег Дмитриевич, разговаривая по телефону, сидел в кресле своего кабинета. Вокруг были раскиданы папки с документами.

— У меня для тебя две новости: хорошая и плохая, — начал Олег Дмитриевич.

— Говори, мне без разницы с какой начнёшь, — ответил Михаил.

— Мы подписали договор на продажу твоего изобретения. Наши иностранные партнёры возлагают большую надежду на твою ловушку. Но есть одно но: они хотят, чтобы ты усовершенствовал её, чтобы на неё шла не только мелкая нечисть, но хотя бы среднего порядка. У тебя три месяца на усовершенствование.

— Ты же знаешь, что не так всё просто. Мне элементарно негде проводить испытания. На работу я со своим изобретением не сунусь по понятным причинам. А в квартире хоть здесь у меня и неплохая лаборатория, но в такие короткие сроки не получится.

— Должно получиться, сын. Мы уже подписали все бумаги.

— Ладно, а вторая новость?

— Они узнали про твою зазнобу и решили открыть на неё охоту. Эта новость не только для тебя плохая, но и для нас всех. Надо что-то придумать, чтобы защитить её и себя не подставить. Наш главный, если узнает, то от нас и пепла не останется.

— Но почему? Я же последнее время вообще не приближаюсь к ней.

— Дело не в тебе, а в том, что Громов перевёл её к себе в головной офис, а нам абсолютно точно известно, что там работают только высшая нечисть. Кстати, это только подтверждает, что она ведьма и, видимо она, одна из сильнейших. Мелких он к себе не приближает.

— Да, я уже понял, что был не прав, но сердцу не прикажешь.

— Прикажешь, ещё как прикажешь. Но сейчас у нас другая задача. Иностранцев надо чем-то отвлечь от ведьмы, с неё не должен упасть ни один волосок.

— Я что-нибудь придумаю. О, уже придумал! Предложи им поучаствовать в полевых испытаниях. Что там с той молодой ведьмой? Она кажется с силой среднего порядка? Вот и пусть послужит нам подопытной.

— Да, думаю, это может помочь. Хорошая идея. Только надо растянуть испытания на три месяца. Потом они уедут.

— Давай так и сделаем. Она сейчас должна быть в командировке, так что время есть подготовиться, думаю, неделя точно.

— Ну, сынок, не подведи. Пойду обрадую наших партнёров.

— Хорошо, отец. Удачи тебе.

— Спасибо, сын. До связи.

Михаил положил трубку и задумался. Ситуация была сложной, но он должен был найти выход. Он понимал, что отец прав, и сердце можно контролировать разумом. Но в то же время он не мог просто отказаться от своих чувств.

— Надо придумать что-то, что устроит всех, — пробормотал Михаил. — И при этом не подставит ни меня, ни её...

Михаил встал из-за стола и направился в лабораторию. Он знал, что ему предстоит много работы. На столе лежали чертежи его изобретения, которые нужно было доработать. Но сейчас его мысли были заняты не только техническими аспектами.