Я пытаюсь восстановить в памяти события вчерашнего вечера. Мы с коллегами были на корпоративе, и мне особенно запомнилась одна деталь: мы сидели в отдельной кабинке с Громовым, который, как всегда, излучал уверенность и харизму. На столе стояли лёгкие коктейли, их нежный вкус не вызывал подозрений. Однако, спустя некоторое время, моё тело неожиданно отреагировало на алкоголь: меня начало тошнить, и я с трудом сдерживала позывы. К счастью, это неприятное ощущение быстро прошло, и я почувствовала себя лучше.

Степа, предложил всем перебраться в более уютную обстановку, и мы решили вызвать такси. В машине царила непринуждённая атмосфера, мы смеялись и обсуждали прошедший вечер. А потом... А ничего не помню потом.

С третьей попытки мне удаётся открыть глаза, и передо мной предстаёт знакомый потолок. Всё же дома. Но почему всё так болит? И почему я не могу пошевелиться? Наконец, я поворачиваю голову и сталкиваюсь взглядом с Громовым. Что он здесь делает? Его руки и ноги лежат на мне, и теперь становится ясно, почему я не могу двигаться.

Я медленно и осторожно выползаю из-под тяжёлого тела Демиана. Его вес кажется невероятным, и я едва удерживаюсь на ногах. Демиан стонет, и я наклоняюсь к нему, стараясь уловить каждое слово.

— Воды, — хрипит он, его голос звучит слабо, но в нём чувствуется отчаяние.

— Конечно, сейчас принесу, — отвечаю я, стараясь не показывать, насколько тяжело мне даётся каждое движение. Я пытаюсь подняться, но ноги подкашиваются, и я чуть не падаю. Однако я всё же нахожу в себе силы сесть.

— И мне тоже, — неожиданно раздаётся голос Миши из-под кровати. Я удивлённо оборачиваюсь, но не успеваю ничего ответить.

— Агаша, не топай так громко, а то моя голова сейчас взорвётся, — ворчливо говорит Лис, который почему-то валяется у двери комнаты.

— Не мешай, я занимаюсь спасательной операцией, — резко отвечаю я, стараясь не обращать внимания на Лиса. Я снова обращаюсь к Мише: — Хорошо, хорошо. Я принесу тебе воды. Если смогу сама дойти.

— Постарайся, — слабо говорит он, его глаза закрыты, и он, кажется, уже погружается в сон.

Я встаю на ноги и делаю шаг к двери. Голова кружится, и я едва удерживаюсь на ногах. Но я должна это сделать.

— Я иду, — говорю я, стараясь говорить уверенно.

— Возвращайся скорее, — слышится голос Миши из-под кровати.

— Обязательно, — отвечаю я, стараясь не думать о том, как тяжело будет добраться до кухни.

Я осторожно переступаю через Рому, который лежит на полу, и пытаюсь открыть дверь. После первого толчка она не поддаётся, словно заперта изнутри. Я толкаю снова, сильнее, и слышу стоны с той стороны — сразу два.

— Кто там? Дайте выйти!

— Сейчас, подожди, — доносится приглушённый голос.

Третий раз я толкаю дверь, и она наконец поддаётся, со скрипом открываясь. В проёме видны двое: на полу сидит Стёпа, обхватив голову руками, а рядом лежит Марина. Её лицо бледное, а на лбу проступает испарина.

— Марина, а ты чего здесь валяешься? — удивлённо спрашиваю я, стараясь скрыть тревогу в голосе.

— Где упала, там и лежу, — отвечает она, морщась от боли. — Не мешай, лучше воды принеси, а ещё лучше аспирина. Голова раскалывается.

— Сейчас попробую добраться до кухни, — говорю я. — Подожди здесь, пожалуйста.

По стеночке, борясь с навязчивой тошнотой и пульсирующей головной болью, я всё же добралась до кухни. Мои шаги были неуверенными, но решительными. В голове проносились обрывки воспоминаний о том, как я сама готовила зелья от отравления. Они должны помочь.

Я подошла к кухонному шкафчику, который стоял над раковиной, и начала лихорадочно его обшаривать. Наконец, мои пальцы нащупали маленький флакончик. Я схватила его, открутила крышку и сделала глоток. Зелье обожгло горло, но я почувствовала, как тошнота отступает, а головная боль становится чуть менее невыносимой.

— Я слышу, кто-то выжил? Будьте милосердны, дайте попить, пожалуйста, — раздался слабый голос. Он доносился из-под стола, и я узнала в нём Эдика. Я быстро схватила бутылку минеральной воды из холодильника и, опустившись на корточки, протянула её ему. Он сделал глоток зелья и сразу запил минералкой.

— Эдик, ты как? — спросила я, стараясь говорить спокойно, хотя внутри меня всё ещё бушевала буря.

— Не знаю, но думаю, что найдусь. Гена где-то в квартире, — ответил он, его голос звучал неуверенно, но в нём слышалась надежда.

— Ладно, я пойду спасать остальных, — сказала я, чувствуя, как силы возвращаются ко мне. Я встала и направилась к двери, но остановилась на мгновение, чтобы оглянуться на Эдика. — Не двигайся, я скоро вернусь.

Прихватила несколько флакончиков зелья и минералку. Я вышла из кухни и направилась в гостиную. Там царил хаос: мебель была опрокинута, на полу валялись осколки стекла и какие-то обломки. Я осторожно пробиралась между ними, стараясь не поскользнуться. В углу комнаты я заметила тень. Подойдя ближе, я увидела Гену. Он сидел на полу, прислонившись к стене, и тяжело дышал.

— Гена, ты в порядке? — спросила я, опускаясь рядом с ним на колени. Протянула воду и зелье.

— Да, — ответил он, стиснув зубы. — Что произошло?