Я разлепила глаза. Солнце уже заливало комнату, и в его лучах пылинки танцевали, как крошечные феи. Голова была тяжёлой, а тело напоминало о вчерашних приключениях тупой болью в плече, которым я приложилась о дверной косяк, и гулом в ногах. Но отвар бурой травы, пусть и выветрился, своё дело сделал — я хотя бы могла стоять.

— Который час? — простонала я, садясь на кровати и пытаясь пригладить волосы, которые, кажется, за ночь устроили самостоятельную жизнь.

— Без четверти восемь. Завтрак через пятнадцать минут, а тебе ещё умываться и форму натягивать. Шевелись, ведьма.

Я запустила в ворона подушкой. Он ловко увернулся и перелетел на шкаф, обиженно каркая. Но спорить было некогда — я быстро привела себя в порядок, облачилась в форменное платье с серебряными линиями, собрала волосы в небрежный пучок и подхватила сумку. Дневник Этерции я, поколебавшись, оставила под половицей — после ночных событий таскать его с собой было бы откровенным безумием.

— Тин, побудешь здесь? Если кто сунется — клюй без предупреждения.

— Как скажешь. Но если пропущу завтрак, ты мне принесёшь что-нибудь с кухни. И не какую-нибудь чёрствую булку, а нормальную еду. Я ворон с изысканным вкусом.

— Ты ворон с изысканной наглостью, — буркнула я, но уголки губ дёрнулись в улыбке. Хоть что-то оставалось неизменным.

В коридоре пахло утренней свежестью и едва уловимым запахом магических чернил. Академия просыпалась: по лестницам уже сновали адепты, кто-то сонно зевал, кто-то бодро топал навстречу новому дню. Я почти дошла до лестницы, когда меня едва не сбили с ног два урагана.

— Киара! Живая! — Ирис обняла меня так крепко, что я чуть не выронила сумку. — Мы с Вэл ждали тебя до полуночи, а потом нас выгнала комендантша! Рассказывай сейчас же, что случилось? Тебя увели, мы чуть с ума не сошли!

— Тише, тише, — я выставила ладони, призывая к спокойствию. — Всё обошлось. Почти.

Вэл прищурилась, окидывая меня цепким взглядом эльфийки, которая привыкла оценивать ситуацию по мельчайшим деталям.

— «Почти» — это самое интересное. Давай по дороге в столовую. Умираю от любопытства и от голода одновременно.

Мы спустились в обеденный зал — огромное помещение с высокими стрельчатыми окнами и длинными деревянными столами. Над каждым столом парил магический светильник, и по цвету его огня можно было угадать факультет: зелёный — лекари, красный — боевики, серебристый — заклинатели. Мы втроём взяли подносы с едой и устроились в углу, подальше от чужих ушей.

Я уже поднесла ложку ко рту, когда Вэл вдруг присвистнула и толкнула меня локтем.

— Гляньте-ка. Вот, значит, какая дама сердца у нашего рогатого старосты.

Я проследила за её взглядом и чуть не поперхнулась. За столом боевого факультета, в окружении таких же красновыточных адептов, сидел Вольдемар. А рядом с ним, прижимаясь к его плечу с грацией сытой кошки, расположилась та самая тёмная эльфийка с дороги. Те же распущенные локоны, тот же обтягивающий костюм для верховой езды, те же надменные глаза. Только теперь её тонкие пальцы лежали на предплечье Вольдемара, и она что-то шептала ему на ухо, изредка касаясь губами его щеки.

— Это же та девица, что остановила его на дороге, — пробормотала я, чувствуя, как аппетит куда-то улетучивается. — Она тогда назвала его… «Маль». И он её послушался.

— Маль? — Ирис округлила глаза. — Это же сокращение от Малькарион. Так его, кажется, зовут полностью. А она, выходит, имеет на него влияние.

В этот момент эльфийка, будто почувствовав наши взгляды, повернула голову и окинула нас холодным оценивающим взором. На мгновение её глаза встретились с моими, и я увидела в них не просто узнавание — а что-то вроде торжества. Она улыбнулась уголком губ, медленно, почти лениво, и демонстративно прижалась к плечу Вольдемара ещё крепче. Тот чуть нахмурился, но не отстранился. Он вообще, кажется, не замечал ничего вокруг — потягивал какой-то тёмный напиток из высокого стакана и смотрел перед собой с таким видом, будто весь мир ему смертельно наскучил.

— Вот же ж… — прошипела я. — Мало мне одного демонюки, так у него ещё и эльфийская свита.

— Подожди, — Вэл прищурилась, провожая эльфийку взглядом. — Почему она так странно зыркнула на тебя? Вы знакомы, кроме той стычки на дороге? Она явно тебя выделила из всей толпы.