– Вот! Рад, что ты меня понимаешь! Так, помнится, мы твердый сыр, поструганный в лепестки, покупали. Тоже пойдет в наш салат. Согласна?

– Да.

– Даш, а сколько у нас уже мясо в духовке стоит?

– Что? – Дарья попыталась сфокусировать взгляд на лице Юрия, а мысль на его вопросе.

– Как давно ты его поставила в духовку? Минут сорок уже или больше?

Дарья перевела взгляд на часы, наморщила лоб, силясь вспомнить, смотрела ли она на часы в этот момент, когда убирала мясо в духовку, и поняла, что не помнит.

– Нет, не помню, – призналась, – ты как раз ушел на второй этаж за лэптопом.

– Ага, значит, – Юрий активировал свой смешной кнопочный телефон, что-то там посмотрел в нем и изрек:

– Что ж, мясо в духовке уже достаточно, чтобы вынимать его и проверять. Эх, термощуп бы, конечно, сейчас не помешал, но пойдем старыми методами. Вид, вкус, наличие соков.

Дарья отстраненно наблюдала за Юрием и его передвижениями по кухне, таблетки, что она выпила, начали уже действовать, принеся с собой спокойствие.

Вот Юрий открыл духовку, выпустив аппетитные ароматы зажаривающегося мяса.

Ловко достал форму с куском мяса. Аккуратно развернул фольгу, выпустив облачко пара.

Увидев мясо, улыбнулся, видимо, порадовавшись виду и готовности мяса.

Сделал надрез, полюбовался, отрезал кусочек и положил в рот, разжевав, кивнул своим мыслям и завернул в фольгу, оставив мясо стоять на плите.

Выключил духовку и принялся за салат.

Наблюдая за манипуляциями мужчины, Дарья вдруг поняла, что ей нравится смотреть на то, как Юрий ловко управляется на кухне.

Права была ее мать, когда говорила, что мужчина в переднике и на кухне не менее сексуально смотрится, чем в постели и в полной боевой готовности к сексу.

А еще Дарья обратила внимание на то, что с лица Юрия не сходит, почему-то, пусть не улыбка, но довольное выражение.

Толик, кстати, даже когда мариновал мясо на шашлыки, не улыбался. О, нет! Чему улыбаться? Мясу, что ли?

– Дашка, дай еще пару луковиц.

Задавать мужу в этот момент “глупый” вопрос о том, почему нельзя было сразу взять весь пакет с луком, а потом убрать оставшийся, не имело смысла. Проще было дать требуемое, а потому:

– Вот, держи.

– А перец – это у нас весь, что ли? – недовольное разглядывание почти пустой мельницы с перцем.

– Нет, не весь. Сейчас досыплю.

Почему до сегодняшнего дня Дарья не обращала внимания на такие мелочи?

Вот же Юрий – сам все сделал, сам специи нужные купил, сам натер ими мясо, сам потом убрал за собой. Сейчас, и тоже сам, без ее помощи, готовит салат.

Золото, а не мужик! Почему же его жена Лора вечно находила, за что его раскритиковать? Хотя надо отдать ей должное, делала она это исключительно в те моменты, когда сам Юрий этого не слышал.

Тоже, кстати, интересный вопрос: зачем Лора критиковала своего мужа, если он этого не слышал? Вот уж точно, в каждой избушке свои погремушки.

Или тот концерт в исполнении Лоры был для одного зрителя? Лора ведь всякий раз пыталась представить своего мужа с худшей стороны. Зачем?

Зачем жить с тем, кого не любишь? И, кстати, про измены Юрия Лора ей ни разу не рассказывала. Не знала? Или не хотела знать?

– Дашуля, все готово. Можем садиться ужинать! – вернули Дашу в реальность слова Юрия. – Надеюсь, тебе понравится.

Юрий поставил перед Дашей тарелку с куском мяса, на середину стола водрузил миску с салатом.  Сделал приглашающий жест:

– Прошу!

– Кушать подано. Садитесь жрать, пожалуйста, – цитата из старого фильма опять вылетела сама.

Юрий в ответ искренне рассмеялся, присовокупив:

– Не стреляйте в пианиста. Он играет, как умеет. Приятного аппетита, Даш.

– Юр, мне завтра надо будет съездить в город. Возвращается моя подруга, надо ее встретить в аэропорту.