– И тогда завтра ты точно не сможешь не то, что сидеть, а свести ноги. К размерам моего младшего надо еще привыкнуть. А если ты хочешь продолжения, то я не против!
Дарья не успела ахнуть, как была перевернута на спину, ее ноги закинуты на мужские плечи, а сам Юрий уже устроился у нее между ног. Она попыталась было что-то пискнуть, отползти и свести колени, но была поймана в захват его рук и зафиксирована так, без возможности отодвинуться или сдвинуться. Юрий глянул на нее остро:
– Даш, ты не любишь, когда тебя здесь целуют?
Провел языком, задев клитор и чуть пососав его. Вид мужчины, глядящего на нее с такого ракурса, был более чем порочен.
Дарья вновь попыталась отползти. Слишком горячо, слишком откровенно, слишком порочно ее сейчас там рассматривали.
– Юр, я…
– Только не говори мне, что тебя так не ласкали?
– Я не могу так кончить, – выдохнула и от смущения закрыла глаза.
– Значит, будем учиться и привыкать, моя девочка! Хочу чувствовать твой вкус на своих губах.
То, что он дальше вытворял своим языком, можно было назвать лишь одним словом “трахал”.
Второй раз Дарья кончила еще более громко и бурно, и тут же он проник в нее второй раз, прошептав:
– Извини, моя девочка, я буду тебя завтра носить на руках, если ты не сможешь ходить, но сегодня я не могу сдерживаться. Обещаю, я быстро.
Он проник в нее, еще разгоряченную и не вернувшуюся в этот мир, одним резким движением. Сделал всего лишь несколько движений бедрами и почувствовал пульсирующие, охватывающие движения там, где и так было жарко и узко. Этого ему хватило. Они опять взорвались одновременно.
Возвращались в наш мир медленно и неохотно.
– Юра, – выдохнула и замерла, не в силах сказать еще хоть что-то.
В эту ночь уходящего года они уснули лишь под утро.
Уснули тут же, на диване в гостиной, под треск поленьев в камине и тихо звучащую музыку…
Эпилог
5 лет спустя.
– Юра, можешь меня поздравить с очередным выигранным делом! – Дарья набрала мужа сразу, едва вышла из здания суда и села в машину.
– Дашульчик, я даже не сомневался в тебе! – Юрий рассмеялся и добавил:
– Горжусь тобой, моя девочка!
В этот момент на заднем фоне у мужа что-то стукнуло и совершенно точно разбилось. Детского плача за этим не последовало, а потому Дарья выдохнула и обреченно спросила:
– Юра, что на этот раз разбили наши мальчишки?
– Жена моя любимая, не забивай свою светлую голову всякой ерундой! – наигранно суровым голосом командует Юрий. – Подумаешь, очередная ваза. Ромка с Егором всего лишь запускают новую модель дрона. Что ж, я на новую вазу тебе не заработаю?
– Если так пойдет и дальше, то в доме не останется ни одной вазы старше года. Юра, где их няня? И почему ты позволяешь нашим сыновьям играть, где им вздумается? У них есть для этого огромная детская!
– Няню я отпустил на сегодня. А дети ТАК познают мир! Всё, Дашульчик, не бухти! Тебе это не идет. Скажи лучше, когда прилетает твоя дражайшая подруга?
– О! Точно же! Эля! Сейчас сразу ей позвоню и выясню это. Целую! Люблю тебя!
– Люблю тебя! – Юрий повторил эхом за женой. – Ждем тебя дома, не гони по трассе, за городом метель метет.
Все еще не отойдя от разговора с мужем и продолжая улыбаться, Дарья набрала подругу:
– Привет, красавица!
– И тебе не хворать, красотка, – почему-то выдохнула в динамик телефона Элен.
– Эль, за тобой там черти гонятся или зайцы твои вместе с их отцом Мазаем? Дарья рассмеялась.
– Не угадала ни фига, – хмыкает в ответ подруга. – Перечисленные тобой члены организованной семейной группировки что-то строят из лего.
Дарья рассмеялась, Элен всегда умела ее рассмешить.
– Ну, а чего тогда ты такая запыхавшаяся, Элька?
– А я, Даш, пытаюсь уже в пятые брюки впихнуть невпихуемое. Вернее, засунуть свой толстый зад и живот в штаны, – опять вздыхает Элен.
– Не, ну ты смешная, Дантовна. Было бы странно, если бы ты, будучи на шестом месяце беременности, помещалась в брюки. А специальные, для беременных, не судьба купить?