Его нос утопает в моих мелких волосках, его язык проникает все глубже, лаская и стимулируя каждую складочку, каждую нервную окончание. Он пьет меня, как дорогое вино, и я чувствую, как внутри меня нарастает невыносимое, сладкое давление. Волны удовольствия становятся все сильнее, все ближе друг к другу.

Два его пальца, все еще скользкие, легко входят в меня, заполняя меня, находя внутри ту самую точку, от которой все мое тело вздрагивает и бьется в конвульсиях.

Это слишком. Мое тело разрывается на части. Дикий, неумолимый оргазм вырывается из меня с оглушительным, сдавленным криком. Я дергаюсь, бьюсь о стол, мои ноги подкашиваются. Но он крепко удерживает меня за бёдра.

Его лицо все еще прижато к моей киске, его пальцы все еще внутри, продлевая спазмы, выжимая из меня последние капли этого ослепительного, постыдного блаженства…

Облокотившись о бильярдный стол, стою прерывисто дыша. Ноги дрожат. Внутри ураган. Сердце вот-вот выпрыгнет из груди от удовольствия и от… осознания, что до первого настоящего оргазма в моей жизни меня довёл мой свёкор. Мужчина, с которым я только сегодня познакомилась.

Чувствую, как Всеволод медленно поднимается с колен, его тень накрывает меня целиком.

Он не говорит ни слова. Его руки, сильные и властные, скользят под мою спину и под колени. Он подхватывает меня и усаживает на самый край стола. Ощущение, будто я выпила ни бокал, а литр вина. Опираюсь руками о стол позади себя и крепко удерживаюсь, чтобы не упасть.

Серая футболка бесстыдно задралась до самого верха бёдер, обнажая всю мою нижнюю часть.

Смотрю на свёкра затуманенным, еще не отошедшим от блаженства взглядом. И мое сердце вдруг замирает, а потом срывается в бешеную скачку. Его пальцы тянутся к шнурку на его собственных серых спортивных штанах.

«Нет... — проносится в моей голове паническая мысль. — Он не может... Я думала... я думала все закончится только этим... только ласками...»

Но он уже спускает штаны вместе с боксерами одним резким движением. И передо мной предстает он. Его член. Огромный, мощный, находящийся в состоянии полной, напряженной эрекции. Он кажется мне просто чудовищным, таким толстым и длинным, что у меня перехватывает дыхание от одного вида. Кожа на нем темная, натянутая, весь ствол увит толстыми, пульсирующими венами. Он проводит по нему ладонью, от основания к кончику, и я вижу, как обнажается розовая, блестящая от влаги головка, крупная и угрожающая.

Я не могу отвести глаз. Мой рот приоткрывается в немом шоке.

— Он... он такой большой, — вырывается у меня сдавленный, испуганный шепот.

Всеволод издает низкий, похожий на рычание звук, в котором слышится и торжество, и нетерпение.

— Уверен, ты сможешь его принять, моя маленькая, — шепчет он.

Мужчина подходит ближе. Его руки ложатся на мои колени, с силой раздвигая их еще шире. Я беспомощно повинуюсь, чувствуя, как обнажаюсь перед ним еще больше, становясь абсолютно уязвимой. Он направляет свой член ко мне. Горячий, как раскаленное железо, он скользит не внутрь, а снаружи. Он проводит им по моим все еще влажным, чувствительным после оргазма половы губкам, вверх и вниз, дразня и лаская. Шершавая кожа его ствола трется о мой напряженный клитор, и я вздрагиваю, издавая короткий, прерывистый стон.

Пятки упираются в край стола, я закидываю голову назад, и мои волосы рассыпаются по зеленому сукну. Глаза закрываются. Я не в силах смотреть. Я только чувствую. Чувствую этот горячий, пульсирующий бархат у самого входа в меня. Чувствую, как все мое тело сжимается в ожидании, одновременно страшась и желая этого проникновения.

— Всеволод... — бормочу я.

Он не отвечает. Вместо этого его руки срывают с меня футболку одним резким движением. Прохладный воздух касается моей горячей кожи. Затем его пальцы щелкают по застежке моего лифчика. Он сбрасывает и его. И вот я сижу перед ним полностью обнаженная, дрожащая, прижатая к краю стола его телом.

Его взгляд, тяжелый и голодный, скользит по моей груди. Он наклоняется, и его губы смыкаются на одном соске, а большая, шершавая ладонь сжимает другую грудь. Он не нежен. Он сжимает ее сильно, почти до боли, по-хозяйски, заявляя свои права. Я всхлипываю, и от этого смешения боли и наслаждения в глазах темнеет.

И в этот момент, пока я полностью захвачена ощущениями в груди, он находит вход. Головка его члена упирается в мою растянутую влажностью и предыдущей лаской плоть.

— Расслабься, — рычит он прямо в мою грудь.

Но я не могу. У меня не получается. Я вся напряжена, как струна. Он делает первый, решительный толчок.