Фредди стонет мне в рот, отдаваясь поцелую с такой доверчивостью, что это грозит разбить меня. Это слишком драгоценно. Я переворачиваюсь, укладывая ее под себя. Ее темные волосы – прекрасное дикое море на покрывале под нами, но я не могу оторваться от ее глаз.

В них желание и доверие, робость и чудеса. Ее руки притягивают меня обратно вниз, и я целую ее так, будто нуждаюсь в ней больше, чем в воздухе, больше, чем в самой жизни, потому что именно так это и чувствуется. После вчерашней опасности, ревности, лифта, после того, как я держал ее дрожащую в своих объятиях – желание сделать ее своей чертовски всепоглощающе. Я хочу чувствовать ее кожу на своей и слышать ее стоны в ухе.

И именно поэтому я не могу. Не сейчас – когда на ее щеках еще не высохли слезы, когда адреналин и страх все еще пульсируют в ее крови. Я переношу поцелуи с ее губ на шею, поправляя ее свитер на гладкой поверхности живота.

Она поворачивается ко мне с разочарованным вздохом, и я обнимаю ее, целуя в лоб. Мы лежим так долгое время.

— Что мы будем делать, Тристан? — наконец спрашивает она.

Я сам задаюсь тем же вопросом.

— Не знаю.

— Никто не должен об этом узнать.

— Я знаю, — я плотно закрываю глаза, борясь с возбуждением, все еще бушующим в моих жилах.

Фредди делает глубокий вдох.

— Я так много работала, чтобы оказаться там, где я сейчас. И мне еще так много нужно сделать. Я не могу быть стажером, которая переспала с Генеральным директором, чтобы продвинуться.

Эти совершенно разумные слова режут. Это то, что я знаю уже несколько недель. Ее ждет еще столько впечатлений, которые не включают в себя кого-то вроде меня.

— И мне нужен контроль, Фредди, но с тобой у меня его нет.

В ее голосе слышится усталая улыбка, когда она снова говорит.

— Так что же нам тогда с собой делать?

— Мы будем друзьями, — говорю я, проводя рукой по ее волосам и ненавидя это слово. — Вне работы. Возможно, просто на расстоянии... но мы будем друзьями.

— Друзья, — повторяет она, словно пробуя это слово на вкус.

Интересно, кажется ли оно ей таким же горьким, как мне.

ГЛАВА 15

Фредди 

Я хорошо знаю свои слабости, знаю, где во мне трещины и разломы. Делиться ими с Тристаном никогда не входило в мои планы.

Но за один вечер я отдала ему все. Свои панические атаки, страх высоты, даже боязнь свиданий, то, как я цеплялась за него больше, чем было нужно, просто из-за удовольствия чувствовать его близость. Он видел все.

То, чем мы являемся сейчас, не имеет названия – слова, которого нет в словаре. Двое людей, встретившихся как незнакомцы. Которые наслаждались друг другом как незнакомцы, но которые узнали друг друга как друзья.

Двое людей, живущих очень разной жизнью и вынужденных подчиняться правилам рабочего места.

И все же вчера это случилось. Я отдала ему всю свою хрупкость, и он держал ее на ладони, пока я не была достаточно сильна, чтобы забрать ее обратно.

Я никак не могу забыть это. Никак не хочу забывать.

Я упираюсь головой в руки, отворачиваясь от мучительных мыслей и цифр на экране. Мы были мудры, остановившись вчера, установив правила и границы. Я всего два месяца в годичной стажировке. Он – отец-одиночка с компанией, которой нужно управлять.

Мир увидел бы лишь одно. Но почему же тогда кажется, что мы совершили ошибку?

— Фредерика.

Я поднимаю взгляд.

— Да?

— Ты понадобишься мне на встрече с клиентом. У нас встреча с Nicour через... — Элеанора бросает взгляд на часы. — Менее чем через тридцать минут, а Клайв не смог прийти. Обожаю, когда он отменяет в последнюю минуту.

Я хватаю свой планшет, сумочку и следую за ней из офиса. Тоби показывает мне большой палец вверх и беззвучно желает удачи. Ни одна часть меня не думает, что он может быть кротом. Мой взгляд скользит по спине Квентина, но, несмотря на все его ворчание и плохое настроение, я тоже не думаю, что это он.

— Фредерика?

— Иду.

Я спешу за Элеанорой в конференц-зал отдела стратегии. В духе экономии времени и километров это цифровая встреча. В Exciteur есть целая система камер специально для таких случаев.

Когда она работает, конечно.

Элеанора становится все более напряженной, пока техник бьется с оборудованием.

— Они ждут нас, — шипит она.

— Сейчас, уже вот-вот..., — бормочет он.

Я открываю ноутбук и готовлюсь делать заметки, вызывая всю информацию, что у меня есть по Nicour. Дверь в конференц-зал открывается. Я не смотрю вверх, сосредоточившись на цифрах на экране.

— Мистер Конвей? — спрашивает Элеанора. — Я не знала, что вы присоединитесь к встрече.

— Заменяю Клайва, — говорит он. Стул отодвигается рядом со мной, и воздух наполняется знакомым ароматом одеколона. Что-то сжимается у меня в животе.