Из его головки начала выделяться смазка, и я ощутил её горьковато-сладкий вкус. Кто бы мог подумать, что мужской член может быть вкусным?

— Отсоси мне, малыш, — прохрипел Деймон.

Его глубокий, с хрипотцой голос невероятно заводил. Я попытался заглотить его глубже. От его внушительных размеров у меня даже начала затекать челюсть — приходилось раскрывать рот как можно шире, чтобы просто вбирать в себя головку и верхнюю часть ствола. Даже не видя его члена, по одной его уверенной манере держать себя можно было сразу понять, что этот мужчина наделен внушительным достоинством.

Я на секунду отстранился.

— Всё нормально? — спросил я, переживая, хорошо ли у меня получается.

— Всё просто идеально, — выдохнул он. — Ощущения чертовски невероятные.

— Правда? — удивился я. — Я... поражен. Я ведь никогда раньше этого не делал.

— Ну, ты же сам мужчина, так что отлично знаешь, от чего нам бывает хорошо.

И он был прав. Я сосал его так, как хотел бы, чтобы сосали мне. Я снова припал губами к его члену, водя языком вокруг головки, отчего смазки выделялось еще больше. Я чувствовал, как его ствол пульсирует у меня во рту, и это возбуждало меня до предела. Внутри всё так горело, что голова понемногу шла кругом, словно я перебрал с вином. Я обхватил рукой его яйца — они были такими крупными, что едва умещались в ладони, — слегка сжал их и продолжил смаковать его вкус.

Деймон, скорее всего, не видел, в каком состоянии мой собственный член, поскольку я всё еще сидел в воде, но в тесных брифах моему стояку уже стало совсем невмоготу. Я немного спустил их, освободил свой член и принялся медленно ласкать. Деймон перенес руку мне на затылок, нежно поглаживая по волосам.

Когда Деймон забирал меня с работы, я и представить не мог, что мы будем вытворять такое, тем более пока наши дети спят в доме. Я никогда не видел себя в роли парня, сосущего другому мужчине, но сейчас всё казалось абсолютно правильным. В этот миг всё остальное перестало существовать. Я забыл, какой головной болью был мой отец. Забыл о бесконечных часах работы, которые ждали меня на этой неделе.

— Ты заставишь меня кончить, если продолжишь в том же духе, — предупредил Деймон.

И стоило ему это сказать, как в мой рот хлынула новая порция смазки. Она текла непрерывным потоком, обволакивая язык, а часть капель срывалась с губ и стекала по его стволу. Деймон вцепился руками в бортик джакузи, его напряженные предплечья покрылись сеткой вздувшихся вен. Он стонал всё громче, дыхание становилось тяжелым и частым. Я понял, что он уже на грани, и мое сердце забилось в бешеном ритме. Я крепко зажмурился, не зная, чего ждать в следующую секунду.

Сперма хлынула мне в рот, и я чисто инстинктивно отпрянул назад. Мои глаза округлились, когда я увидел, как она мощно выстреливает из члена Деймона. Он сделал еще несколько быстрых движений рукой, завершая процесс. Густые струи разлетались по его груди, несколько капель попало даже на шею. Это было потрясающее зрелище — видеть, как мужчина испытывает оргазм. Настоящее произведение искусства: то, как перекатывались его сильные мышцы, это блаженное и одновременно мучительное выражение лица. Его слегка приоткрытые губы манили меня, вызывая дикое желание поцеловать его.

Я потянулся вперед и поцеловал его руку, которая всё еще сжимала ствол, слизывая теплую сперму. На вкус она оказалась более горькой, чем смазка. Я аккуратно облизал его пальцы, а когда этого показалось мало, принялся собирать сперму с его кубиков пресса.

Деймон приоткрыл глаза, наблюдая за тем, как я его очищаю. От этой картины я сам начал дрочить быстрее и неистовее, чувствуя, что финал уже близко. Я уткнулся лицом в его плотные, волосатые бедра — тепло его ног приятно успокаивало. С глухим стоном я кончил прямо в воду, чувствуя, как каждая мышца в моем теле сводится сладостной судорогой.

На заднем дворе стояла полная тишина. Я так и лежал, прижавшись щекой к ноге Деймона, пока он мягко массировал мне шею. Мое лицо находилось в считанных сантиметрах от его члена, который после оргазма оставался полуэрегированным. Даже в таком состоянии он всё равно был огромным.

После того как вспышка удовольствия утихла, мне в голову снова полезли мысли об отце. Странно, что я вспомнил о нем именно сейчас, сразу после того, как отсосал Деймону, но этот образ никак не выходил из головы. В памяти начали всплывать его вечные невежественные и мерзкие шуточки про геев. Внутри болезненно сжался узел тревоги при мысли о том, что бы он устроил, узнай он про нас с Деймоном. Я ни за что на свете не хотел, чтобы он прознал об этом. Вот почему я так тихо ускользнул из дома ранее — мне не хотелось, чтобы Деймон услышал его тупые комментарии по поводу нашей дружбы.

Деймон взял меня за руку, потянул вверх и обнял за поясницу. Он мягко поцеловал меня в губы, а затем отстранился, сдержанно улыбнувшись.