кадрах часто появляется Марк! Но сейчас его каменное лицо только навредит. Может...

Ты ему хотя бы иногда улыбнешься?

Прекрасно они дела решают: избалованная младшая сестра попросила старшего брата, а

тот махнул рукой: у меня есть крепостная рабочая, Вера Соколова, она будет плясать

под твою дудку!

— Я не буду ем улыбаться. Он мой босс, боссам улыбаются только когда они дают премии,

а твой брат в этом плане довольно скупой.

— Хочешь, я выбью для тебя премию за эту съёмку?

— Получится ли?

— Получится. Марк во мне души не чает и после того, как мы остались вдвоём,

присматривает за мной, как будто он мамочка и папочка в одном лице... Если не

получится, я сама тебе заплачу! — с энтузиазмом произносит Алина и называет сумму,

настолько привлекательную, что я соглашаюсь.

— Но из меня плохая актриса.

— Уверена, ты справишься. Даже если будет напряжение между персонажами, это всегда

контент. Всё очень просто... Сценарий такой. Ты сидишь, ешь, смотришь на море. Марк

будет рядом, но ты его не замечаешь.

— Как я могу не замечать человека, который занимает полресторана?

— А ты попробуй. По сценарию он очень хочет привлечь внимание, опустит перед тобой

огромный букет роз! Одну преподнесёт отдельно.

— В зубах! — фыркаю.

— А это идея! — загораются глаза Алины. — Я уже вижу, как он встаёт на одно колено,

роза — в зубах! И потом вы ужинаете. Шикарно получится.

Она уходит так же быстро, как пришла. Оставляет меня наедине с вопросом, какого чёрта

я на это согласилась?

* * *

Ресторан с видом на море.

Шикарно, просто нет слов! Пейзаж — такой, что челюсть отвисает. При закатном свете

лазурный берег внизу полыхает, как будто вода горит.

Алина уже настроила камеры на штативах. Марк сидит за столом с видом человека,

которого приговорили к пожизненному заключению. Рубашка белая, волосы зачесаны

назад, огромный букет роз — наготове.

— Что только не сделаешь... — говорит он, кажется. — Ради сестры. Может быть, отдать

тебя замуж? Родишь ребятишек, будешь варить мужу борщи и перестанешь мучить меня!

— Ага, прошлого моего парня ты спугнул допросом! — возмущается Алина в ответ.

— Я задал ему несколько вопросов. Всего пятнадцать, он сам слился. Слабак!

Потом Марк замечает меня и замолкает.

Смотрит сверху вниз и обратно. Наверное, платье чересчур простое, так и знала!

— Кхм... — откашливается. — Ты всё-таки согласилась.

— За премию.

— А, вот в чём дело.

— Хорошее платье.

Мне показалось или он только что посмотрел на мою грудь?!

— Так, начинаем... — командует Алина. — Вера, садись, Марк, ты идёшь... Сначала

безуспешно пытаясь привлечь внимание красавицы...

Делаем несколько дублей. Я и не подозревала, что это такая сложная работа, а Алина —

настолько придирчива.

— Надеюсь, теперь ты меня понимаешь, — хмыкает Марк.

— Улыбайтесь... Да не, не друг другу. Каждый — сам себе, своим мыслям! — командует

Алина.

Мы с Дроновым очень старательно улыбаемся. Я — как будто прямиком собеседования,

которое провалила.

Он — как будто на похоронах любимого, но рано почившего хомячка.

— Марк, розу в зубы... И на колени!

— ЧТО?! — на весь ресторан взревел босс.

Упс...

Кажется, о главном нюансе Алина его не предупредила.

— Это свежо, нестандартно. Вера предложила, а я...

Марк посмотрел на меня.

— Вера. Предложила.

Вот чёрт... меня подставили!

Марк смотрит на меня, а я на него... И этот кадр наверняка останется в истории как

«взгляд врагов, желающих поубивать друг друга».

Всё-таки Марк сдаётся. Алина доснимала всё, что хотела, и убегает первой.

— Всё, я на такси, целую, вы лучшие! Мне ещё на улице поснимать нужно! Марк, с тебя

премию.... Вере!

Мы остаёмся вдвоём. С видом на море и небо, ставшее уже чернильно-синим. С ужином и

напитками, к которым никто ещё не притронулся.

— Премию тебе, Вера, я выписываю. За оригинальность! — заявляет босс.

Я не успела сказать спасибо, как он добавляет.

— И я же эту премию ликвидирую, потому что креативность идеи не должна перевешивать

моральные нормы и рамки субординации начальник-подчинённая!

Проклятье, я так и знала, что добром это не кончится!

— А теперь предлагаю поужинать. Если ты не против, я обновлю нам тарелки, есть

остывшую пасту, которая застыла в сыре, как ископаемое, то ещё удовольствие.

— Я плачу за свой ужин сама?

— Нет. Я угощаю. В качестве извинений за то, что привлёк к этой идеи тебя.

Ладно. Хотя бы поем...

Вкусно. Дорого. С шикарным видом на море.

* * *

Он снова повторяет заказ, мне достаётся паста с морепродуктами. Босс берёт улитку и