Покончив с делами, вернув волосам привычный вид и плеснув в лицо холодной воды, я выхожу из ванной и сталкиваюсь с крайне нетерпеливой девчонкой-готом с черной помадой на губах, которая сквозь зубы презрительно обзывает меня «типичным мажором из братства».

Я что, правда похож на мажора из братства?

— Коннор! — хриплый полукрик Марго привлекает мое внимание, когда он дергает меня за рукав футболки своей маленькой ладошкой. Сверкнув затуманенными от травы глазами, она тянет меня к себе. — Они поладили!

— Кто?

— Бенджи и Дейн, — едва ли не визжит она, тыча пальцем в сторону самого высокого парня в комнате.

Дейн, стоящий сейчас у окна, кажется всецело поглощенным какой-то пылкой речью. О чем именно без понятия, но я отчетливо вижу, насколько он возбужден. Он то и дело взмахивает руками и льнет недопустимо близко к какому-то красавчику с точеной фигурой и безупречно уложенными волосами. Руки того типа сплошь забиты татуировками, а в брови хищно поблескивает серебряный пирсинг.

— Они так мило смотрятся вместе, — томно вздыхает Марго, вцепляясь в мою руку, словно в плюшевую игрушку для успокоения.

Она очень тактильная, и для меня подобное непривычно. Дейн тоже любит нарушать личные границы, но от него мне начало нравиться. Мне нравится сам Дейн, и ума не приложу, как бы я справлялся, если бы лишился возможности видеть его каждый день или чувствовать его пальцы на своей коже, когда на него накатывает отчаянная потребность в ласке. Интересно, что же такое он сейчас рассказывает Бенджи, от чего так завелся?

— Разве можно одновременно гордиться и ревновать? — вздыхает Марго.

А можно быть гетеро и ревновать?

— Что? — Марго растерянно щурится, глядя на меня снизу вверх.

— А? — я выгибаю бровь, опуская на нее взгляд.

— Мне показалось, ты что-то сказал.

Блять.

— А, да. Я спросил, с чего тебе ревновать?

— Потому что Бенджи и Дейн – двое самых красивых мужчин, которых я когда-либо видела в своей жизни. Без обид.

Я фыркаю, хотя внутри все скручивается в тугой, неприятный узел.

— Красивых? Разве парень вообще может быть красивым?

— Конечно. Тебе ли не знать, Коннор. Может, ты и натурал, но в первую очередь художник. Красота может таиться в чем угодно и в ком угодно.

Дейн поворачивает голову, и, клянусь, его лицо светлеет, когда он замечает меня. Он вскидывает руку и то ли просто машет, то ли подзывает к себе. Не могу разобрать, но когда Марго вдруг спрашивает, почему я не привел Талию, вопрос бьет по мозгам отрезвляющим напоминанием о том, что каким же дерьмовым парнем я окажусь, если признаю, пусть даже чисто объективно, красоту Дейна. Как бы отчаянно меня ни тянуло обратно на его орбиту, я остаюсь на месте, словно прибитый к полу.

— У нее были другие планы, — отвечаю я. — Надеюсь, скоро смогу вас познакомить. Она не в особом восторге от того, что у меня появилась подруга.

— Ооо, подруга. Скандал! — дразнит Марго, тыкая меня пальцем под ребра.

Я смеюсь, когда мимо проходит та самая готка из очереди в туалет. Марго перестает меня тыкать и вцепляется в руку девушки. Та повыше Марго, но все равно довольно миниатюрная, с оливковой кожей и черными, остриженными чуть выше плеч волосами.

— Пилар, — окликает ее Марго, — это Коннор, мой друг мужского пола.

— Фу, звучит крипово, — кривится Пилар.

— Приятно познакомиться.

Я протягиваю руку, но Пилар отшатывается.

— Ага, я не жму руки натуралам.

— Оу, извини.

Изо всех сил пытаясь переварить услышанное,я тут же отдергиваю ее.

— Твою мать, да я просто прикалываюсь, — смеется Пилар. На фоне темной помады ее зубы кажутся ослепительно белыми, и она все-таки подает мне руку. — Ты что, реально сейчас извинился за то, что ты натурал?

— Я... я не знаю.

Пожимая ей руку, я нервно посмеиваюсь от собственной растерянности.

Марго обвивает руками талию Пилар и просит ее перестать ко мне докапываться, от чего я только заливаюсь краской.

— Ой, вы только посмотрите, он краснеет! — умиляется Пилар, тыча меня пальцем в живот.

Какого хрена вообще происходит?!

Она мягко высвобождается из объятий Марго и бросает, что пойдет кого-то искать. На щеке Марго остается черный след от ее губ, после чего Пилар растворяется в толпе, заполнившей гостиную. Я не придаю Пилар особого значения, пока не замечаю в глазах Марго откровенно читающиеся сердечки.

— Пилар... — тоскливо вздохнув, произносит она. — Правда же она суперская?

— Ага, суперская. И... вы просто подруги?

Запрокинув голову, Марго одаривает меня улыбкой, слишком вымученной, чтобы казаться по-настоящему радостной.

— Она – моя муза, у которой, к несчастью, есть девушка.

Теперь губы дую уже я и, притянув Марго к себе, прижимаю за плечи.

— Кто знает, может, у нее не так уж долго будет девушка.

— Они вместе уже семь лет.