Но вспоминая о том аде, который вот-вот готов обрушиться на наши головы, я знаю, что он ошибается. Даже если сам он думает совсем по-другому.

 

***

 

Пока мы едем к Ноа, мне приходится раз четыреста проверять, дышит ли Дилан. Судя по всему, мой парень из тех фанатов, у которых при виде кумиров подкашиваются ноги. Хотя кто может его винить? Эти ребята просто нереальные, и, будем честны, каждый из них чертовски хорош собой. Учитывая, что Тим работает на них, я бы и слова не сказал никому из них об их внешности, но не удивлюсь, если Ноа не раз ловил на себе мой остекленевший взгляд. Господи, этот мужчина — просто ходячий оргазм… и это еще до того, как он открывает свой божественный рот, звуки, которые сами по себе способны поставить меня на колени.

Я трясу головой, прогоняя эти мысли.

Мы приехали последними. Как только Райан помогает Эмме вытащить детское кресло с Джейн, мы заходим следом за ним в дом Ноа Кинкейда. Дилан озирается по сторонам с таким видом, будто его мозг не успевает обрабатывать окружающую роскошь.

Райан и Эмма направляются к лестнице, и Райан поясняет на ходу:

— Мы с Эм сейчас отнесем Джейн в детскую к няне и остальным детям. А вы идите за Тимом, он выведет вас на задний двор.

Дилан, приникнув к моему уху, издает восторженный писк:

— Как мои волосы? В зубах ничего не застряло? — Он проводит языком по верхним зубам и приоткрывает рот, чтобы я проверил.

— Выглядишь чертовски соблазнительно, — шепчу я в ответ. — Хотя я, разумеется, не позволю никому из них прикасаться к тебе в этом смысле, — добавляю я.

— Что? Нет, я не это имел в виду…

— Расслабься, я шучу. Я доверяю и тебе, и им. И хочу, чтобы ты просто кайфанул.

— Ну, вообще-то я не раз кончал под голос Слоана Александра…

— Та-а-ак, всё, — прерываю я его, на этот раз уже без тени шутки в голосе.

— Попался! — он довольно улыбается.

И вот мы выходим через заднюю дверь кухни и направляемся к небольшой поляне в лесу. Сквозь деревья уже виднеется зарево костра и мерцание развешанных над головами гирлянд.

— Эй, Тим, — приветствует брата один из телохранителей, салютуя ему стаканом.

— Где Рай? — спрашивает Ноа.

— Относит Джейн к остальным детям, — отвечает Тим. — Привет, ребят, помните моего брата, Джейкоба?

Все хором здороваются и поднимают стаканы.

— А это его парень, Дилан. Джейкоб устроил ему сюрприз на сегодня и на завтрашнее шоу. Дилан их огромный фанат, но теперь он еще и член семьи.

Участники группы никогда не скрывали, что семья для них — на первом месте. Они отменяли концерты и релизы альбомов, если того требовали нужды их близких. И то, что Тим назвал Дилана «семьей», было его способом дать им понять: этому парню можно доверять. Тим не приводит чужака в святая святых группы. Он приводит своего.

Я готов расцеловать брата за такое представление.

Дилан сканирует толпу, и я прекрасно знаю, кого он ищет. Это становится очевидным, когда его взгляд останавливается на Слоане — всё тело Дилана буквально каменеет.

Слава богу, у Слоана здесь не один, а сразу два супруга, иначе я всерьез рисковал бы потерять парня.

— Хочешь поговорить с ним? — спрашиваю я, подталкивая Дилана плечом, пока иду к переносной сумке-холодильнику.

Дилан кивает, но всё еще не может найти слова, что заставляет меня невольно улыбнуться.

— Пошли. — Я беру его за руку и тащу к кудрявому гитаристу.

Слоан хлопает меня по плечу, когда мы подходим.

— Джейкоб! Как жизнь?

Слоан всегда улыбается. Его часто считают главным шутником в компании, хотя пару лет назад он прошел через такое дерьмо, что все телохранители стояли на ушах. Тим не вдавался в подробности — не его это дело, — но что бы там ни было, Слоан, похоже, вышел из этой бури сильнее, чем когда-либо.

— Всё хорошо, — отвечаю я Слоану. — Даже лучше, чем просто хорошо.

При этих словах я невольно перевожу взгляд на Дилана. Возможно, я звучу слишком пафосно, но здесь я могу открыто заявить на него права, не опасаясь угроз, и я намерен воспользоваться этим на полную катушку.

Слоан протягивает руку Дилану. В отсветах костра я вижу, как Дилан прикусывает нижнюю губу. Сначала я думаю, что это от вожделения, но пламя танцует в его голубых глазах и подсвечивает наворачивающиеся слезы, которые вот-вот потекут по щекам.

— Рад знакомству, Дилан.

Дилан прочищает горло и смахивает слезы левой рукой, наконец обретая дар речи:

— Чувак, я только вас и слушаю. Ты даже не представляешь, как сильно ты помогал мне все эти годы.

В этот момент мужчина, которого я опознаю как Люка — хотя лично мы не знакомы, — обнимает Слоана за талию и целует в щеку.

— Еще выпить, детка?

— Да, пожалуйста. И Джен тоже принеси.

Люк смеется:

— Её я обслужил первой. О нашей королеве позаботились в лучшем виде.

Улыбка Слоана — само воплощение счастья. Пока Люк идет обратно к холодильнику, Дилан продолжает: