Амина возвращалась домой после тяжелого рабочего дня. Плечи ныли от усталости, а мысли все еще крутились вокруг настойчивых уговоров Сакинат. Старушка уже несколько дней намекала на достоинства Рашида и это начинало раздражать.
Толкнув калитку во двор, Амина подняла глаза и чуть не вскрикнула от неожиданности. В маленьком домике Сакинат, у окна, стоял Адам. Он смотрел в сторону калитки, словно ждал именно ее появления.
Сердце Амины забилось так сильно, что она услышала его стук в ушах. Ноги подкосились, и она схватилась за забор, чтобы не упасть.
— Адам? — прошептала она, боясь, что это видение, что сейчас он исчезнет, как это случалось в ее снах.
Адам вышел из дома. Его лицо было напряженным, а в глазах читалась смесь гнева и боли.
— Я слышал, ты решила выйти замуж? — с ходу спросил он, даже не поздоровавшись.
— Замуж? — Амина ничего не понимала. Она смотрела на него широко раскрытыми глазами, еще не веря, что он действительно здесь.
Не в силах больше сдерживаться, она шагнула к нему и, забыв обо всем на свете, прижалась к его груди. Знакомый запах его одеколона, тепло его тела — все это было таким родным, таким желанным.
— Я так рада видеть тебя, — прошептала она, зарываясь лицом в его рубашку. — Так соскучилась…
Адам на мгновение приобнял ее за плечи, ощущая, как знакомое тепло разливается по груди. Но тут же опомнился и мягко, но решительно отодвинул ее от себя. Он посмотрел в ее глаза с укором и болью.
— Я должен сам посмотреть на твоего жениха, — произнес он хрипло. — В плохие руки я тебя не отдам.
Амина словно очнулась от сладкого забытья. Реальность обрушилась на нее со всей жестокостью. Глаза ее вспыхнули гневом, а щеки покрылись болезненным румянцем.
— Ты приехал сюда только за этим? — выкрикнула она, голос ее дрожал от возмущения. — Будто тебе есть дело до того, кто станет моим женихом!
— Мне есть дело, — твердо ответил Адам, сжав челюсти. — Если он тебя не достоин, я тебя ему не отдам.
Амина разозлилась так, что даже топнула ногой и толкнула мужчину кулачком в грудь.
— Какое ты имеешь право⁈ — почти кричала она, отстраняясь от Адама. — Ты оставил меня на попечении Сакинат, а сам вернулся к своей жене! Я сама буду решать, кто меня достоин, а кто нет! А может я вообще не стану выходить замуж!
Слезы бессилия и обиды потекли по ее лицу. Все накопившиеся за месяцы разлуки эмоции выплеснулись наружу.
Адам молчал, глядя на ее слезы. Что-то боролось в его душе. Наконец, он глубоко вздохнул и произнес слова, которые перевернули мир Амины.
— А за меня замуж пойдешь?
— Что? — Амина застыла, не веря своим ушам.
Адам шагнул к ней ближе. В его голосе звучала неведомая ранее решимость.
— Я теперь свободен. Зухра… мне пришлось развестись с ней. Я больше ничем не мог ей помочь.
Амина пошатнулась, и, если бы не руки Адама, подхватившие ее, она бы упала. Мир закружился вокруг нее.
— Неужели это правда? — прошептала она, всматриваясь в его лицо, ища признаки обмана.
— Да! Я теперь совершенно свободен! — твердо ответил он. — Так ты выйдешь за меня? Или тебе по нраву тот учитель?
В ответ Амина расплакалась — но это были уже слезы счастья. Она обняла Адама крепко-крепко, боясь отпустить.
— Ты и так знаешь ответ, — всхлипывала она сквозь слезы. — Ведь я люблю только тебя! Всегда любила и буду любить до последнего вздоха!
Из окна дома довольно улыбалась старая Сакинат. Ее хитрость удалась — она помогла двум любящим сердцам найти друг друга. А Рашиду она завтра объяснит, что Амина уже занята. Он расстроится, конечно, но поймет — против большой любви ничего сделать нельзя.
Адам крепко прижал к себе женщину, которую любил больше жизни, и понял, что впервые за долгое время обрел покой и душевное равновесие. Их долгая разлука наконец-то закончилась.
Глава 20
Скромную свадьбу мы сыграли через неделю. Не было шумных гостей и дорогих блюд. Я ничего этого не хотела. Мне нужно было только чтобы Адам был рядом со мной.
Стоя перед ним в скромном свадебном платье я сияла от счастья, зная, что скоро я наконец стану принадлежать ему. Адам снял для нас домик недалеко от нянюшки Сакинат. Мне хотелось перед отъездом побыть поближе к дому и насладиться горным воздухом, к которому я привыкла.
Оставшись наедине, Адам осторожно потянул меня к себе на кровать, его движения были полны трепетной заботы и едва сдерживаемой страсти. Сердце мое колотилось так сильно, что я была уверена — он слышит каждый его удар. Его темная борода мягко щекотала мою разгоряченную кожу, отчего по телу пробегали мурашки предвкушения и волнения.