Кавказская невеста. Пленница гор Страница 33 из 36
Скорость
7
Главы
Оглавление в файле не найдено.
0%
Страница 33 из 36

Воспоминания о том разговоре преследовали его повсюду. Амина выглядела такой уверенной, когда обвиняла Назмию в попытке убийства. Неужели она действительно способна на такое? Сердце сжималось от тревожных предчувствий.

Наконец он принял решение выяснить всю правду какой бы горькой она не была. Скрипя зубами от ярости, он приказал немедленно привезти к нему старую служанку Гульназ. Женщина, всю жизнь прослужившая в их доме, должна была знать правду.

Гульназ появилась перед ним, сгорбленная от страха и предчувствия беды. Ее морщинистые руки дрожали, когда она низко поклонилась хозяину. В ее мутных глазах читался ужас — она понимала, что этот разговор не сулит ей ничего хорошего.

— Гульназ, — голос Кямрана звучал зловеще тихо, — расскажи мне про чай, которым ты поила мою вторую жену Амину. И не вздумай лгать — я все равно узнаю правду.

Старуха пошатнулась от страха. Ее губы задрожали, а из глаз потекли слезы.

— Господин… я… я не хотела… — заикалась она, понимая, что попалась.

— Говори! — рявкнул Кямран, с ненавистью глядя на старую Гульназ.

Под давлением хозяина Гульназ рассказала всю правду о травяных настоях, которые по приказу Назмии подсыпала в чай Амины, чтобы та не смогла забеременеть. Каждое слово падало на сердце Кямрана, как удар молота.

— Вон из моего дома! — прорычал он, указывая на дверь. — Немедленно! И чтобы духу твоего здесь не было! Скажи спасибо что я не сдаю тебя властям за попытку отравления!

После ухода служанки Кямран остался один со своими мрачными мыслями. Он мог простить многое, но он не мог простить старой служанке предательства. Ведь Гульназ на деле служила не ему, а Назмие, предавая доверие хозяина. Теперь пусть Назмия сама заботится о своей сообщнице.

С горьким сожалением он понял, что Амина сказала правду о настоях. Но если это правда, то насколько правдивы ее обвинения в попытке убийства? А главное — действительно ли причастна Назмия к загадочной смерти его первой жены?

Эта мысль преследовала его днем и ночью. Он вспоминал, как внезапно заболела его первая супруга, как быстро угасла, несмотря на лечение лучших докторов. Тогда он горевал, не подозревая о возможном отравлении. А теперь… теперь все складывалось в ужасающую картину и во главе всего была Назмия.

Назмия почувствовала перемену в настроении мужа и благоразумно затаилась. Она старательно избегала встреч с ним, прячась в дальних комнатах особняка, стараясь не показываться ему на глаза. Ее женская интуиция подсказывала — что-то серьезно изменилось.

В глубине души она злорадствовала — ведь она добилась того, чего так долго хотела. Она стала женой Кямрана Исмаилова, госпожой этого дома, хозяйкой огромного состояния. Теперь главной целью стало избавление от вредной падчерицы Лейлы, которая мешала ее дальнейшим планам. Назмия мечтала о том, чтобы все внимание и любовь мужа достались исключительно ее собственным детям. Она с маниакальным остервенением пыталась зачать уже около полугода, но у нее ничего не получалось. Это приводило ее в бешенство. Годы приема противозачаточных средств давали о себе знать, и она проклинала весь мир за свое бесплодие.

Решив выведать всю правду, Кямран вознамерился отвезти Назмию на то самое место, о котором рассказывала Амина — на горную тропу, где она якобы была сброшена в пропасть.

— Назмия, одевайся. Я хочу показать тебе одно чудесное место, — коротко бросил Кяман, входя в комнату жены.

Назмия удивленно оторвала взгляд от зеркала, где поправляла макияж.

— Куда мы едем, дорогой? — спросила она, стараясь придать голосу медовые нотки.

— Увидишь, — мрачно ответил муж.

Женщина пожала плечами и решила не устраивать сцен и повиноваться решению мужа.

Добравшись до места, Назмия недоуменно огладывалась по сторонам. Горная тропа, обрывистые склоны, головокружительная высота — все это не предвещало ничего романтического.

— Кямран, зачем ты привез меня в это богом забытое место? — нервно рассмеялась она. — Если хотел полюбоваться закатом, то это можно было сделать и дома, в комфорте. Я уже не девочка, чтобы лазить по горам в неудобной обуви.

Кямран медленно повернулся к ней, и Назмия невольно отшатнулась, увидев выражение его лица. В его глазах плясали демоны ярости и разочарования.

— А я вот слышал, что ты очень любишь горы, — произнес он с ядовитой усмешкой. — Особенно эту тропу. Именно здесь ты столкнула Амину вниз, не так ли?

— Что⁈ — ахнула Назмия, и кровь отхлынула от ее лица. — Откуда ты… — начала было говорить она и тут же осеклась, понимая, что уже выдала себя.

— Думала, что сумеешь навеки скрыть от меня свои подлые козни? — голос Кямрана становился все более угрожающим.

Назмия почувствовала, как земля уходит из-под ног. Она пошатнулась и инстинктивно стала отступать, видя, с какой нескрываемой ненавистью смотрит на нее муж. В его взгляде читалось презрение и отвращение.