Надеюсь, этот лесовод знает, куда идёт. А то такое чувство, что мы просто всё глубже в чащу бредём. Чащу, которая утыкается прямо в грохочущую реку. Странно, почему такой гулкий звук?!

— Логично. А остальное? Это ты каждый день так сгораешь? — прокричала я.

— Нет, — ответил Дрейк. — Так, вроде тут.

— А почему вчера сгорел? Тут — что?

— Потому что теперь есть ты, — коротко ответил парень и протянул мне руку.

Я её взяла и шагнула через очередной густой куст. Неожиданно мы оказались на отвесной скале в небольшом ущелье. Я посмотрела вниз. 

Ух, высоко. В метрах двадцати под нами простиралась Гремучая, рокочущий шум которой отдавался эхом от скал. И мешал разговаривать, поэтому мы уже практически кричали. 

— А до этого не сгорал?!

— Да. Аккуратно иди за мной по этому мостику.

Я с укоризной посмотрела на «мостик», которым служил кусок скалы лежавший относительно горизонтально и соединяющий два скалистых берега реки.

— Ну и стоило на мне жениться? Ты уверен, что тут можно ходить? — недоверчиво спросила я. 

Узкая полоска камня длиною метров десять. Перепрыгнуть я её не смогу, да…

— Может, полетим всё-таки? — предложила я.

— Нет, надо проверить, что ходить можно, — ответил феникс. — Не хочу брать на душу грех. Не женился бы — ты бы умерла. 

— Так ты не знаешь, выдержит ли она?! — возмутилась я. — Почему не хочешь брать грех на душу? Какое тебе дело до меня?

— Ну я как-то один раз я тут был, — раздосадованно улыбнулся парень. — Вот давай и проверим. Не бойся, если что я тебя поймаю. 

— Ага, не боюсь. Я плавать умею. Так какое тебе дело до меня?

— Я не люблю, когда моя жизнь зависит от другого человека, — поджав губы ответил феникс. — Как и ты, наверняка. Назвав себя моей невестой, ты обрекла нас на это жуткое проклятье. 

— Нас? То есть ты тоже проклят?

— Ну конечно, я проклят! Я же на тебе женат, — ухмыльнулся Дрейк, уже перешедший на ту сторону ущелья. — Аккуратно только, моя лисичка, не упади.

— Нет, подожди. Это не логично. Ты сначала сказал, что проклят, потому что я называлась невестой, а не потому, что женат, — проворчала я, сосредоточившись на этом дурацком мосте. 

— Да? Когда это я такое говорил? — с наигранным удивлением спросил феникс.

— Только что! — возмутилась я и посмотрела на феникса. — Ты чего юлишь, как уж под рогатиной, павлин обгорелый?

— Эй-эй, смотри под ноги, потом возмущаться будешь, — хмыкнул Дрейк. — Как я могу быть одновременно и ужом, и павлином?

Перейдя на ту сторону, я вцепилась в руку феникса.

— Ты давай мне зубы не заговаривай! А объясняй, — строгим тоном воскликнула я. — Если я согласна твоему дурацкому проклятью должна умереть, то что с тобой должно быть?

— Тоже, конечно же, умереть должен, — в тон мне ответил феникс.

У меня, наверное, вытянулось лицо. Как так, что за дурацкое проклятье, все должны умереть, что ли?!

— Шутка! — расхохотался Дрейк. — Да не проклят я! Просто по–старчески ворчу. Не воспринимай всё всерьёз, лисичка. Проклята тут только ты.

Ответ Дрейка был настолько очевидно фальшивым, что мне даже обидно стало, что он меня за такую простушку держит. 

Что-что, а ложь, я дочь торговца различать умела отлично. Ну что же, пернатый, врём, значит?!

Ничего, я всё равно до правды докопаюсь.

Дальше разговор особо не клеился. Я потеряла интерес, потому что феникс явно врал. Парень тоже особо не стремился вести дипломатические беседы. 

Пока мы дошли до Академии, если честно, я изрядно проголодалась, поэтому на завтрак ринулась с таким рвением, как никогда. 

— Мэри, в восемь вечера жду тебя здесь, у входа, — суровым тоном сказал мне Дрейк у ворот Академии. 

Я, конечно же, покорно кивнула, подумав про себя, что ждать ты меня, пернатый, можешь сколько угодно.  Вот только я не приду. Ещё чего, жить с ним. Я теперь на территории

Академии и твои пылающие взгляды мне не страшны!

— Ты поняла меня, Мэрибель? Я не шучу, — будто прочитав мои мысли в очередной раз, спросил Дрейк, удерживая меня за локоть. — Я уйду в восемь, ждать не буду. Если к полуночи тебя не будет дома, тебе будет не до шуток совсем. 

— Да поняла я, поняла. Вот ещё отчитывать ты меня будешь. Это ты так представляешь нашу семейную жизнь?

— Я себе её ПРЕДСТАВЛЯЮ. А вот если ты не придёшь, то представлять будет нечего, потому что сегодня же ночью ты умрёшь. Поняла меня? — прорычал феникс.

— Поняла, не тупая я, — раздражённо буркнула я и упорхнула на завтрак.

С размаху плюхнувшись на лавку к подружке, я жадно вцепилась в еду. 

— Мэри, где ты была всю ночь? — сразу же ринулась атаковать меня вопросами подруга-волчица Луи, с которой мы делили комнату.