А Гаев, как назло, оказался неутомимым любовником. Кто бы мог подумать, в таком возрасте либидо обычно угасает, но этот мужчина был исключением. В другой ситуации, я, пожалуй, порадовалась бы, а тогда лишь прикинула — хватит ли нам контрацептивов. Об этом, кстати, мы переговорили до того, как упасть в пучину страсти.

— Я занимаюсь только безопасным сексом, — предупредила, проводя пальцами по гладковыбритой мужской щеке.

— Я тоже, — сказал Гаев, ловя губами мои пальцы.

— У вас есть презервативы? — царапнула ногтями мужские губы.

— Разумеется, — не отводя от меня глаз, Гаев вынул из кармана пиджака упаковку и без перехода спросил: — Кстати, мы можем уже перейти на ты?

— Можем, — разрешила я. — Ты всегда носишь в кармане пиджака пачку кондомов?

— Нет, — улыбнулся Гаев. — Пока мы шли, я дал распоряжение охране зайти в аптеку. И знаешь, мне нравится, когда ты говоришь мне «ты».

— Удобно, — согласилась, пропустив последнее его замечание. — Сразу понятно, зачем тебе столько народа рядом.

— Ты смущена? — спросил Гаев и его руки легли мне на талию, а большие пальца легко пощекотали ребра.

— Чем? Тем, что твои люди узнали, что мы будем трахаться с защитой? — я вывернулась из мужских рук…

Уже светало, когда я опустилась рядом с лежащим без сил Гаевым. Последний раз был особенно бурным, после него у меня заныли натруженные мышцы. Хотелось принять душ и лечь спать, желательно в свою постель. Но как уйти прямо сейчас, чтобы не обидеть мужчину, я пока не придумала.

Гаев глубоко втянул в себя воздух, нашел мою руку и переплет пальцы, притягивая к себе поближе. Я повернула голову и уткнулась носом в крепкий бок. Удивительно, с этим мужчиной я только что была близка настолько, что ближе уже быть не может, но по-прежнему ничего к нему не чувствовала.

— Тебя как дома называют? — спросил Гаев хриплым голосом.

— Дома меня называют мамой, — усмехнулась в ответ.

— Я хочу называть тебя Сашей, — продолжил Гаев, не обращая на сарказм в моем голосе.

Ничего не сказав, только пожала плечами. Не напоминать же ему, что мы больше не увидимся, разве что случайно пересечемся где-то. Хотя, где я могу случайно встретить Платона Гаева?

— Саш, — похвал Гаев, повернувшись на бок.

— М-м-м?

— Мне было очень хорошо с тобой, — тихо сказал мужчина и поцеловал мою ладонь.

Пришлось делать вид, что я засыпаю.

— М-м-м.

— Саш, — Гаев притянул меня еще ближе и уткнулся носом мне в макушку, — я хотел спросить …

Меня настолько удивила нерешительность в его голосе, что я приподняла голову и посмотрела на Гаева. Он очень странно смотрел на меня, с какой-то непонятной, неожиданной и совершенно неуместной нежностью. Это смутило, а потом почему-то разозлило.

— Платон, — перебила я его, не давая продолжить, — давай не будем?

— Устала?

— И ты устал.

— Хорошо, — нехотя согласился Гаев.

Снова лег на подушку, обнял меня крепко и шепнул:

— Но мы все равно поговорим.

А буквально через минуту уже спал здоровым, крепким снов. Я еще немного полежала, прислушиваясь к чужому дыханию, а после осторожно освободилась из мужских объятий и поднялась. Болели мышцы, между ног немного саднило, очень хотелось вымыться, но я запретила себе расслабляться. Дома помоюсь, не стоит тут задерживаться. В ванной намочила полотенце и протерла тело. Оделась и, держа туфли в руках, вышла из номера.

Тот самый, как мне показалось, главный охранник стоял недалеко от двери номера. Неужели всю ночь провел на ногах? На мгновение стало неудобно перед незнакомым мужчиной, а потом я отогнала ненужный стыд и, уже не скрываясь, обулась.

— Он спит, — бросила, проходя мимо охранника.

Мужчина смерил меня непроницаемым взглядом и кивнул, давая понять, что информацию к сведению принял. Я шагнула, но он заслонил мне путь.

— Что? — не поняла я.

— Вас проводят.

— Не надо, — отказалась я от подобной чести. — Сама доберусь.

— Вас проводят, — упрямо повторил охранник.

— Это его распоряжение или ваша личная инициатива? — спросила, сжимая в руках сумочку. Прекрасно понимала, что проводить меня было личной инициативой охранника, и это почему-то раздражало. Хотелось поскорей выйти из гостиницы, добраться до дома и забыть все, что случилось ночью. А еще я буквально кожей ощущала неприязнь этого человека. Не нравилась я ему. Но думать еще и о каком-то секьюрити, имени которого я не знаю, не хотелось категорически.

— Дайте пройти, — не желая ничего слушать, распорядилась я.

Мужчина не стал спорить, шагнул в сторону, пропуская меня. Не дожидаясь лифта, спустилась по ступенькам, пересекла холл и вышла на улицу. Утренняя прохлада пробежалась по телу, щедро рассыпая мурашки. Вызванное такси пришло на удивление быстро и уже через несколько минут я ехала домой.

7