Варя бросает косой взгляд в мою сторону.

— Вроде говорил, что любит, но я с каждым днём всё больше в этом сомневаюсь.

Не сдерживаюсь и всё же фыркаю.

— Не бойся, крошка, сейчас мы это исправим.

Взгляд девушки моментально становится подозрительным, стоит мне только завести мотор.

— Что ты задумал? И куда собираешься ехать? У меня вообще-то ещё две пары впереди!

— Расслабься, дядя Ярослав освобождает тебя от учёбы на сегодня.

Вижу, что вся Варина ответственность встаёт на дыбы против моего щедрого предложения, но девушка проглатывает своё недовольство, нервно щёлкает ремнём безопасности и складывает руки на груди. Я включаю музыку обратно, только не так громко, и выезжаю с территории универа, весело насвистывая. Я хочу побыть с ней один на один, вообще без свидетелей, и знаю только одно место, где такое можно провернуть. Глаза Вари так смешно округляются, когда мы въезжаем в периметр, но не поворачиваем в сторону дома её родителей; а когда пересекаем окраину и выезжаем за пределы города, вообще откровенно нервничает.

— Всё-таки куда мы едем?

Только ещё шире ухмыляюсь в ответ на её вопрос, заставляя Варю ёрзать на сиденье. Вот показывается еле заметный поворот на старую дамбу — если не знать, куда ехать, его легко просмотреть — и сворачиваю на гравий. Гонять здесь на байке, конечно, удобнее, но вряд ли Варя согласилась бы сесть на моего железного коня. Когда выруливаю на саму дамбу, Варя изумлённо распахивает глаза; не успеваю остановить машину, как она уже отстёгивает ремень и выходит на заброшенную шоссейную дорогу.

— Ух ты!..

Девушка подходит к самому краю, наклоняясь чуть вперёд, чтобы посмотреть вниз; я знаю, что она видит — сносящую крышу высоту, которая пугает и притягивает одновременно.

Но лично я видел только Варю.

Она поворачивается, чтобы что-то сказать мне — наверняка пропищать что-нибудь про то, как удивительно это место и всё в таком духе — но натыкается на мой взгляд и замолкает. Из её глаз испаряется весёлость, уступая место печали, и я надеюсь, что она, наконец, понимает, что скучала по мне так же сильно, как и я по ней. Варя буквально в один шаг подскакивает ко мне, до боли стискивая руками, и роняет голову мне на плечо; она даже не дышит, пока я не сжимаю её в таком же стальном захвате, уткнувшись носом в её шею. Она поднимает руки немного выше — так, чтобы запутаться руками в моих волосах — и Варин свитер задирается достаточно, чтобы я задел пальцами открытый участок кожи на её спине. Она дёргается, как от удара током — мои руки слишком холодные, а тело девушки по температуре напоминало кипяток — но не отстраняется. На свой риск тяну руки выше, открывая чуть больше, чем есть, но когда Варя не возражает и на это, запускаю руки под её кофту по самые локти. Пальцы медленно касаются её лопаток и позвоночника, осторожно пересчитывают рёбра, пока тело девушки в моих руках слабеет, и я конкретно кайфую, потому что до этого максимум, что она мне позволяла — это обнять её перед сном.

Поверх футболки, конечно.

Но когда Варя становится на носочки, потягиваясь выше, и я чувствую её губы на своей шее, понимаю, что впервые в жизни она меня реально удивила. Она была готова переступить через собственные страхи, чтобы быть ближе, потому что любит, а я был готов потерять её по этой же причине — значит, наши чувства как минимум настоящие.

И я чертовски прав, что сражаюсь за них.

Честное слово, я никогда не собирался брать Варю силой, но сейчас едва не разложил прямо на своём капоте; может, она и не была бы против, но я бы в собственных глазах выглядел мразью. Так что от облегчения аж выдохнул, когда задний карман джинсов чуть не разорвал входящий вызов от Климова. Варя смущённо улыбается, отходя чуть в сторону, и в её глазах я читаю удивление — будто она сама от себя не ожидала такого безропотного подчинения. Притягиваю девушку к себе, пока Клим отчитывается в том, что спёр график посещений руководителей «Утопии», и иногда целую её сводящие с ума губы.

— Я не понял, — ворчит Марк — видимо, услышав характерный звук. — Ты там что, на два фронта работаешь, что ли? Вот же лисья морда! Я тут перед кем распинаюсь?

— Хорош истерить, — усмехаюсь в трубку, целуя Варю последний раз; она наверняка слышала слова друга и теперь медленно краснела. — Захвати с собой Терского по пути в бункер — он тоже изъявил желание помочь.

— Ну, вообще-то, я уже здесь, — отбирает Ян телефон Клима. — И пока ты там тискал свою девушку, мы уже половину плана разработали.