— Так и сейчас, мистер Харис, — я продолжила. – Местоположение ваших людей вычислено. Они вам не помогут. Конечно, стоит учесть то, что вы сам по себе достаточно мощный альфа. Куда сильнее большинства моих телохранителей, но у моих людей на крайний случай есть транквилизаторы и, стоит мне пожелать, они ими воспользуются против вас. Надеюсь, вам понравится провести сутки без сознания. Я за это время как раз успею вернуться в свой город. И второго шанса на разговор у вас уже не будет. Поэтому, повторяю – даже не думайте прикасаться ко мне.

Тайлер еле заметно наклонил голову набок. Его белоснежные волосы были немного растрепаны. Взгляд прожигал.

— Показываешь клыки? Я оценил, — Тайлер откинулся на спинку кресла. Вальяжно. Расслабленно.

Мои слова его совершенно не испугали, но я иного и не ожидала. Все же это наша игра. Особенно жестокая. И она лишь началась.

— Я не являюсь тебе врагом, — Харис положил руку на подлокотник. Рукав рубашки немного поднялся и я увидела татуировку на запястье. Кажется, там на древнем языке написано «Луна». – Если когда-то и был им, то уже давно проиграл тебе. Это значительно поломало меня, но можешь считать, что я стою перед тобой на коленях.

— Мне, конечно, льстят ваши слова, но они ведь правдой не являются, — я смерила Тайлера холодным взглядом. Он не выглядит, как поверженный и, уж тем более, как тот, кто упал на колени. Скорее, наоборот.

— Раз ты так говоришь, значит, еще не знаешь, как я к тебе отношусь, — почему-то мне показалось, что темные вены сильнее выступили под кожей Хариса. Словно это было еще больнее. Наверное, мне лишь казалось, ведь внешне Тайлер боли никак не выказал.

Нет, я прекрасно знала, как он ко мне относится. Я прекрасно расслышала его слова в ресторане. И их никогда не забуду.

— Расскажи мне о том, что было десять лет назад, — голос Тайлера, углями прошел по коже. Возможно, потому, что он стал в разы тяжелее.

— Я уже все рассказала, — я пальцами, немного поправила воротник своей кофты. Возможно, уже сожалела о том, что рассказала Харису про Шейлу. Теперь он может успеть спрятать ее, если мы наконец-то получим возможность ее наказать. Но то, что уже было сделано, не вернуть. Уже теперь не было смысла юлить.

— Нет, не все. На какой машине она была? Что еще говорила? И что сделала с тобой? Я хочу подробностей.

Мне захотелось усмехнуться. В моем праве было отказать, но все же я иронично произнесла:

— Основной смысл ее фраз состоял в том, что я грязная и никчемная, этой связью испачкала тебя. И то, что наша с тобой истинность вообще ошибка и Вонг просто это исправляет. Видишь, какая она хорошая? Прямо спасительница. Абсолютно все во благо тебе.

Тайлер молчал. Внимательно слушал и мне все более отчетливо казалось, что темные вены под его кожей расплывались еще сильнее.

— Но все это я уже говорила тебе в ресторане. Как и то, что про нашу связь она узнала, когда залезла в твой телефон. Правда, не понимаю, что Вонг там такого увидела. У нас было не так много переписок и все они о том, как разорвать связь, — я пожала плечами. – А ей и этого хватило.

— Ты не читала те сообщения, которые я писал тебе, когда ты была в больнице после нашего первого раза? – Тайлер ладонью сжал подлокотник. Его голос был все таким же ровным, но мне показалось, что его костяшки побелели.

Я нахмурилась. Сообщения… которые я получила от него, пока была в больнице? Сейчас, когда Харис спросил об этом, я вспомнила про них. Было странно, что Тайлер спустя десять лет помнит про сообщения отправленные в какой-то определенный день.

— Нет, не читала, — я отрицательно качнула головой. – Я их сразу удалила. В них было нечто такое, что могло разозлить Шейлу?

В принципе, ее могло вывести из себя даже то, что Харис мог спросить у меня, как я себя чувствую. Да вообще все, что угодно. А может вообще обошлось без повода. Она же психованная. Ненормальная.

Тайлер не ответил, но постепенно его взгляд становился таким, что, создавалось ощущение, я смотрела в сам ад. Он меня не трогал, но все равно ощущался касаниями на коже.

— Что она с тобой сделала? – спросил Харис.

— Я уже говорила. Ножом меня два раза порезала. Побила и с моста сбросила. Знаешь, Харис, а у тебя интересная женщина, — я иронично улыбнулась. – Я оценила то, с каким маниакальным наслаждением она меня резала.

Вновь повисла тишина. Еще более тяжелая, чем раньше. Или даже самая болезненная в моей жизни. Не из-за меня. Я уже давно пережила то, что была на мосту. Но все равно почему-то в кожу вонзались раскаленные иглы.