У меня не получается сдержать радостный смех. Почему-то мне так хорошо на душе, легко. Тяну к себе, прижимаюсь. Скольжу губами по щеке, ощутимо киваю.

Кирилл здесь и его не волнует моё прошлое в эскорте. Пусть я там и не работала, но мужчина не даёт рассказать правду. И ему будто всё равно. Не плевать, это же очевидно, но он закрывает главу, идёт дальше. И готов принять меня любой.

И от этого становится всё проще. Если уж Кирилл закрыл глаза на эскорт, то все мои остальные погрешности пройдут мимо. Его поступок — как доказательство чувств, что не просто на раз.

— Послушай, по поводу моей работы…

— Ничего не слушаю, всё в прошлом.

— Нет, я хотела сказать, что когда мы встретились в ресторане, ты…

— Я не хочу говорить об этом. Закрыли тему, Лиз.

— Я не…

Кир не даёт договорить, утягивает в жаркий поцелуй. А после откидывается на спину и тянет к себе, чтобы оказалась сверху. И чувствую упирающийся в живот член, который доходчиво показывает, что сейчас мужчина хочет.

Невыносимый! Наглый! Не позволяет всё рассказать, когда я только дошла до этой темы. Ладно, не хочет знать, его проблемы. Почему-то понимаю, что объяснить мне не дадут.

Тогда пойдём тяжелой артиллерией.

И познакомим Кира с тем, кого он принял за моего папика.

Лиза

— Стой.

Сжимаю ладонь Лизы, дёргаю к себе. К ресторану мы приехали на двадцать минут раньше и есть время на поцелуи. Девушка даже не причитает за помаду и укладку.

Позволяет притянуть к себе, зарываться в волосы. На улице уже темно, парковка пустая. Не собираюсь заходить далеко, но когда затягиваю на свои колени — мозги отъезжают вместе с креслом.

— Кир, ну что ты делаешь?

Лиза улыбается, касается моего лица. Удивительно, но, кажется, получив статус моей девушки, она теряет свою стервозность. Все ещё практикует на мне свой сарказм, но в таким моменты в ней одна мягкость.

— Имеешь что-то против, милая?

— Нет, не милая.

— Солнышко?

— Сожгу.

Смеюсь, надавливая на спину. Лиза полностью против любых сокращений. И это девчонки таким страдают, но мне хочется подобрать ей правильное обращение. Сама виновата. Сказала, что никому и никогда не позволяла обратиться к ней подобным образом.

Мол, всякие котики и солнышки лишь для подростков, а ей просто нравится её имя. И это вызывает азарт найти что-то новое, стать лучшим из лучших.

— Рыбка?

— Утоплю, — смеётся, качая головой. — Мне тоже надо что-то подбирать?

— Имени будет достаточно.

— Видишь?! Мы опоздаем.

— Время в запасе, а я не видел тебя два дня.

Как только вернулся из Парижа — дед решил отыграться за моё самоуправство. Спихнул на меня все дела, прикрываясь подготовкой к юбилею. Юбилею, который никогда его не интересовал.

Приходилось вывозить, доказывая что-то в очередной раз. И домой попадал изредка, упасть, отоспаться пару часов, рвануть назад в офис. Пару раз, когда вырывался надолго, Лиза оставалась ночевать у меня. Но этого времени катастрофически не хватало, приходилось спихивать часть дел на подчиненных, чего раньше не делал.

— А напомнить, что было, когда видел меня? — мурлычет, расстегивает верхние пуговицы на моей рубашке. — Я приехала к тебе, в платье и чулках…

— Лиз, я понял за свой косяк, решила добить меня этим?

— Нет-нет, просто вот думаю, если расскажу кому-то о том, что к Вельскому приехала девушка, а он вырубился… Что о тебе скажут?

Догадываюсь. Потому что мне тридцатки ещё нет, а я реально просто вырубился в кровати. Хорошо хоть не опозорился тем, что перед этим полез к Лизе. Просто засел за новые правки проекта, обещая девушке, что пять минут и отвлекусь.

А Лиза не отвлекала. Улеглась привычно рядом, закидывая на меня ногу. И так хорошо пригрелась под боком, что самого меня сморило. Проснулся только под утро, от света ноута. И полностью восполнил девушке свой косяк, особым способом желая «доброго утра».

— Зараза.

Впиваюсь в его ягодицы ладонями, задирая платье. Лиза посмеивается, отвечает на поцелуи. Дёргает рубашку, выпуская её из брюк, скользит пальцами по торсу.

— Зараза мне нравится, — шепчет вдруг, укладываясь на меня. — Но всё равно не то. А ты…

— Мудак, исправлюсь. Лиз, переезжай ко мне, а?

— А смысл? Ты сколько за эту неделю дома ночевал? Я знаю, я тебе таскала свежие рубашки.

Таскала, и на обед вытаскивала. Мол, Вельский, зря приезжала? А без Лизы я особо домой и не возвращался. Диван новый в офисе, удобный. И экономит больше часа на дорогу.

— Будешь у меня — буду реже на работе ночевать. Ты же беспокоишься о моем здоровье, а?

— Вельский! Шантаж это плохо.

— А ещё плохо меня по фамилии называть. Что за привычка дурная?