Подумать только, этот псих сидит на чужой кухне и работает. Нет, я знала, что есть трудоголики и сама иногда к ним относилась, когда увлекалась новым эскизом. Но явно не задерживалась для этого в квартире эскортницы.

Открываю гостевой аккаунт, чтобы Кирилл не увидел ничего лишнего, и отдаю мужчине. Пускай развлекается. А я сделаю ещё пару снимков, чтобы потом закатить истерику при чужой семье.

Всё время работаешь, мне не уделяешь внимания.

Заодно и прописываю себе стратегию в блокноте. Главные пункты, которые нельзя забыть. Это всё такое зыбкое, на самом деле. И вряд ли из-за пары скандалов Иван Васильевич что-то скажет Кириллу.

Но пока мужчина платит, не мне судить его идею и отговаривать. Всего два дня, не так страшно. А потом всё закончится, и я больше в подобные авантюры ввязываться не буду.

Было весело, но в воскресенье помашу ручкой на прощание и забуду о Кирилле.

Лиза

— Ты мне за отель не доплачиваешь.

Стоило лишь отойти в ванную на пять минут, как Кирилл уже забрался на мою кровать. Повесил пиджак на стул, расправил рубашку, расстегнув пару пуговиц. И улёгся на мою постель, хватило хоть совести не сбрасывать коричневый плед.

— За столом было неудобно, — бросает, не отрываясь от ноутбука.

— Знаешь, где удобнее? У тебя дома.

— Если ты так напрашиваешься ко мне в гости, то можем сгонять после выходных.

— Я так намекаю, что тебе пора.

— Пять минут, Лиз. Сейчас вот закончу проект и не буду больше мешать.

Трудоголик фигов. Реально даже головы не поднимает и не старается уговорить. Будто так и нужно, что сидит у меня дома и решает свои дела. Ещё немного, и начнём за настоящую парочку походить.

Только ни одна девушка не будет терпеть, что мужчина на неё не смотрит, пока она расхаживает в коротких шортах перед ним. Закатит скандал и прощай вся любовь.

Ну, не очень коротких шортах. Приличной длины, как для домашних. Хотя переодеться, наверное, стоило. Во избежание всяких поползновений со стороны Кирилла.

Только какие там поползновения, когда на меня совсем не обращают внимания.

— Двигайся тогда.

Мама вечно причитала, что делаю всё на кровати. Есть же письменный стол, обеденный, в конце концов. Но было намного удобнее лечь на живот, подтягивая к себе нужные бумажки.

Не стоит говорить, что я увидела в каком-то сериале, как подростки так делали домашку. Правда, они сидели, но так было не удобно. А вот лёжа, в окружении нужных книг — очень хороший вариант.

Рома в очередной раз звонил, убеждая нарисовать эскиз платья к дню рождения его сестры. И я окончательно сдалась. Иногда Исаеву проще дать желанное, чем спорить. Бедная девушка, которую он захочет. От него не сбежать, ни отделаться.

Только рапорт в полицию и запрет на приближение.

Кручу в пальцах карандаш, пытаясь придумать, с чего начать. Поэтому и не бралась за индивидуальные заказы, хотя могла сработаться с какими-то швеями. Привыкла всё делать по вдохновению.

Начинаю с прорисовки тела, учитывая рост и параметры девушки, которые скинул Рома. Хотя, доверять ему в таком деле — сомнительная затея. Лучше сделать с запасом, что-то из разряда оверсайз. И добавить возможность выделять талию поясом.

Тогда можно сделать шлейки с возможностью их повязать на талии или переделать. Самый простой фасон платья-трансформера, которое можно менять каждый день…

— У тебя принтера нет? Было бы удобнее.

— Принтер себе домой покупай.

— Я просто спросил. Ты сегодня слишком много ворчишь.

— Кир, а ты не охренел?

Поднимаюсь, захлопывая крышку моего! ноутбука, и откладываю его подальше. Упираюсь ладонями в плечи мужчины, собираясь сказать всё, что о думаю. О нём и его наглости.

Лишь потом понимаю, насколько близко нахожусь к мужчине. Ещё немного, и почувствую его дыхание на коже. А вот Кирилл, очевидно, понял это намного быстрее.

Его руки сильнее сжимаются, не давая возможности отстраниться и сбежать. Практически вытянулась на мужчине, а он ещё и коленями сдавливает мои бёдра, чтобы точно никуда не делась.

— Не смешно, пусти меня.

— Я ведь тоже не смеюсь, Лиз.

Не смеётся, на лице застыла одна серьёзность. Даже в голубых глазах, где такие расширенные зрачки. Почти не видно радужки, только сплошная чёрная дыра.

Которая неумолимо затаскивает.

Он красивый. Это понятно и так, хотя у мужчины узковатый подбородок, широкий лоб. И миллион других недостатков, вроде характера. Но когда так близко, в глаза бросается мелкая горбинка на носу. Тонкая, но красивая полоска губ. Вечерня щетина, едва колющая ладонь.

Мою ладонь, которая прикоснулась к чужому лицу. Против воли и моего согласия на это. Хочу отдёрнуть, словно не к коже, а к нагретому чайнику прикоснулась.