Если при прошлой встрече я сталась показать себя с лучшей стороны, то сейчас включаю режим дурочки. Про моделей же ходит миллион мифов, и отсутствие базовых знаний — один из них.

— А она забавная, — Артём смеётся, тоже поднимаясь. — Мы вас уже заждались. Погряз в делах?

— Лиза долго собиралась.

— Ничего не долго. Девушек, милый, принято ждать. Раз ужин закончился, то что-то осталось? Я жутко голодная после съемок.

— Мы едим только семьёй. Придётся ждать утра.

Владислав, отец Кирилла, отвечает так, словно никто из его семьи ни разу не опаздывал. Или с угрозой умереть голодной смертью все были жутко пунктуальными?

Кажется, Кирилл говорил о том, что не любит опозданий. И это, видимо, семейное.

— Ну и ладно. Киру бы не плохо сбросить пару килограмм, правда?

Хлопаю мужчину по животу, где чувствует хороший такой пресс. Мне самой неловко от собственной бесцеремонности. Я вечно ругалась с мамой, чтобы та так не делала.

Она могла спокойно сказать моей двоюродной сестре, что у той есть целлюлит. Или раскритиковать новую стрижку, которую не исправить. И считала, что в этом нет ничего такого. И теперь я перенимала её привычки.

Для дела, но всё равно неприятненько. Как и самому мужчине, как я думаю. Но раз дал мне полную свободу действий, то надо пользоваться.

— Покажешь, где наша спальня? Я бы переоделась.

— Ты же только что.

— Передумала.

Забираю Луну, двигаясь на второй этаж по лестнице, куда указал мужчина. Слышу, как он что-то коротко бросает отцу, а потом следует за мной.

— Всего два чемодана? Мне нужен тот наряд, что в третьем.

Говорю намеренно громко, заходя в комнату. Светлая, с огромными окнами напротив кровати. Кошмар любой «совы», и мой тоже.

— Сейчас принесу.

Пока мужчина уходит за последней сумкой, я достаю лежанку для собаки. Укладываю в углу, вместе с любымыми игрушками. Не хотелось, чтобы шпиц тут всё изгрыз от скуки.

Луна с интересом осматривает новое жильё, а я падаю на кровать. Не смотря на сон в кабинете Кирилла и кружку крепкого кофе, спать хотелось жутко. Бессонная ночь прекрасно выматывает.

— Довольна? — мужчина закрывает дверь, поворачивая ключ. — Решила сразу довести всех до припадка?

— А получилось? Они тебе что-то говорили? — переворачиваюсь на живот, подпирая подбородок. Интересно, что расскажет Кир. — Ну?

— Да ничего. В шоке немного, Мария сказала что-то за твой вид. Но на этом всё. Так просто их не взять.

— А жаль. И по поводу того, что я сказала… Всё у тебя нормально с фигурой.

— Лиз, поверь, я уж точно не буду страдать из-за того, что ты сказала. Но раз ты начала этот разговор…

— Что ты делаешь?

Нет, что он делает, я вижу прекрасно. Достаёт заправленную рубашку из брюк, расстёгивает одну пуговицу за другой. Появляется кусочек тела, с мускулатурой. Темная дорожка волос, спускающаяся от пресса за ремень.

— Раз моя невеста сказала, что нужно худеть, то сейчас собираюсь сжигать калории.

И ненужная рубашка летит в сторону.

Кирилл

Растянувшаяся на кровати Лиза — именно то, что мне хотелось увидеть после рабочего дня. В этом кожаном платье, которое едва не до ягодиц сбивается на стройном теле. Как она потягивается, а после замирает.

Пожирает взглядом моё тело, даже не находится ни одного острого словца. Только кусает нижнюю губу, левую часть. Надавливает на ранку, которая уже была.

И лишь задерживает дыхание, когда я начинают расстёгивать ремень.

Её грудь вот-вот вывалится из тесного лифа платья, а я очень этого жду. Хочу любоваться ею без ненужной мишуры. И не только любоваться.

— Кирилл.

Лиза приподнимается, а я пользуюсь случаем. Сжимаю хрупкие плечи, укладывая девушку на постель. Не теряю времени, придавливая своим телом. Чтобы не надумала сопротивляться.

Ей ведь нравится то, что она видела, и то, как я её касаюсь. Уже бы подняла крик, начала причитать. А так молчит, и это лучшего любого зеленого цвета.

— Твоя семья внизу!

— И они прекрасно догадываются, зачем мы ушли в спальню.

— Но я ведь не для этого уходила.

— Уже неважно.

Прижимаюсь к ней поцелуем, пытаясь найти молнию. Голой Лиза никуда не денется. А у меня, от того, как она упирается ладошками в пресс, уже стоит. И девушка это прекрасно чувствует.

Краснеет, распахивает голубые глазки. И сглатывает, что кажется взрывом в тишине комнаты.

Цепляю язычок молнии, который на боку. Он прекрасно тянется но самого конца, полностью оголяя девушку. На ней только тонкая полоска чёрных трусиков и больше ничего.

— Кирилл, прекрати, — просит, а сама продолжает поцелуй. — Я не для этого здесь.