Скользнув по ним жадным взглядом, Хартш удовлетворённо улыбнулся, будто мысленно добавил меня в свой список разбитых сердец. Стало так горько, будто меня уже бросили. А ведь нам предстоит помолвка, затем свадьба, после которой я должна буду выполнять обязанности ширмы и мучиться ревностью, не зная, где и с кем сейчас мой муж.

Да я лучше лапу себе отгрызу, но сбегу из этого капкана!

— Господин Хартш, — решительно начала я. — Мне нужно кое-что вам сказать…

Но тут он взял меня за руку, и я осеклась. Ощутив его тепло, потеряла мысль и никак не могла вспомнить, что хотела. Может, в чём-то признаться? Или нет?

— Эйр, — сокращая между нами расстояние, шепнул мужчина. — Зови меня по имени, дорогая.

От того, как завораживающе нежно Хартш произнёс слово, которое я раньше ненавидела, по спине побежали мурашки, а ноги будто стали ватными.

— Слушаю, Лета, — напомнил он.

— Эйр… — только и смогла выдохнуть я, ощущая, как быстро бьющееся сердце вот-вот проломит грудную клетку.

— Мы можем отложить это ненадолго? — улыбнулся он глазами. — Сожалею, но нам пора спешить. Надо вернуться в дом Ризегана и приготовиться к помолвке. Я буду рад взять тебя в невесты в любом месте и наряде, но у меня есть веская причина, почему этой ночью я должен быть на балу. Позже я тебе всё расскажу. Хорошо?

Я смогла лишь кивнуть, недоумевая, почему моё тело до сих пор тает от его прикосновений. Яд оборотня должен был уже сгореть в пожаре страсти, но рядом с этим человеком во мне снова начинался дикий пожар.

Граф потянул меня к выходу, у которого, сминая шапку, нервно топтался старик, который присматривал за поместьем. Узнав, что гости знакомые его нового хозяина, он превратился в самого любезного и предупредительного слугу. Даже не скажешь, что ещё недавно этот человек был способен отказать путникам в приюте, несмотря на мороз и метель. Какое лицемерие!

Хартш вскочил в седло и протянул руки, а его слуга помог мне взобраться на коня. Я проигнорировала приглашение устроиться боком к мужчине и села так же, как раньше, надеясь по дороге поговорить с графом. Отмахнулась и от предложения укрыться его меховым плащом.

— Одежда почившей леди достаточно практичная и тёплая.

— Не поспоришь, — хмыкнул Хартш. — Но мне было бы приятно поделиться с тобой теплом своего тела.

Покраснев, я отвернулась и с преувеличенным интересом принялась рассматривать заснеженные деревья, освещённые серебристым светом луны. Тучи уже разошлись, и иссиня-чёрное небо переливалось миллиардом звёзд.

— Господин, я всё сделал, как вы велели, — прикрепляя к брюшной ленте тяжёлую на вид седельную сумку, отчитался полный мужчина.

— Хорошо, — кивнул граф. — Сарча, оставайся, я пришлю за тобой кого-нибудь…

— Это опасно, — поспешно отказался тот.

— Не стоит волноваться, — по губам Хартша скользнула насмешливая улыбка. — Теперь, когда сторож уверен, что я друг лорда Дерека, тебя никто не тронет. А если и попытается, то очень об этом пожалеет.

— Я не за себя боюсь, — обиженно буркнул слуга, — а за вас.

Услышав это, я встрепенулась:

— А почему? Вам угрожает опасность?

— Конечно, ведь я уезжаю в обществе обворожительной девушки, — отшутился граф. — Не переживай, дружище, я буду держать себя в руках и смиренно ждать брачной ночи…

Наклонился ко мне и шёпотом добавил:

— Но если «не такая девушка» позовёт меня в ванную, то это действительно станет роковым моментом для нас обоих.

Я зажмурилась, пряча лицо в вязаные варежки, а этот сердцеед тихо рассмеялся, явно довольный моей реакцией. Сердце вновь кольнуло, когда спросила себя, над каким количеством молодых женщин он так же ласково подтрунивал.

— Вы езжайте, — Сарча махнул рукой. — Я побегу следом. И не отстану, не сомневайтесь!

— Дождёшься от тебя, — фыркнул граф.

Я отметила, что между этими двумя особые отношения, гораздо глубже, чем у господина и слуги. Сарча отчаянно верен графу и стремится оградить его от всевозможных бед, а Хартш всецело доверяет этому забавному на вид человеку.

Но тут конь рванул вперёд, и я обо всём забыла, потому как тело прострелило неприятной болью. Застонав, я вцепилась в гриву и сильно сжала колени, не желая, чтобы мужчины догадались о причине моего недомогания. Но Хартш заметил и тут же придержал коня, а я вжала голову в плечи, не зная, куда деваться от смущения.

— Так не очень быстро? — обернувшись, спросил у слуги граф. — Не запыхаешься?

— Да я… — начал было тот, но тут же сменил тон, будто Эйр подал некий знак. — Благодарю, Ваше Сиятельство! Не знаю, за какие заслуги небеса подарили мне такого доброго господина!