— И не лезь не в свое дело, ясно?! Мы с Бураком сами со всем разберемся, без всяких лишних, — нарочито делаю акцент на последнем слове, — людей.

— Вы... — охает она. — Да как вы...

Я игнорирую всплеск ее эмоций, поднимая палец и отсекая попытки вставить слово.

— И знаешь, что... — Окидываю ее таким же взглядом, как она меня минут пять назад. — Я Бурака насильно рядом с собой не держу, и никогда этим не занималась. А если бы он по-настоящему тебя любил, то уж точно побежал бы к тебе, не так ли? Вот и задайся вопросом, так ли верны твои мысли о неземной любви моего, — акцентирую последнее слово, — мужа к такой, как ты? Или все-таки ты ошибаешься и просто решила вылить на меня свою неуверенность? Так нужно было идти не ко мне, а сразу к Бураку.

Девушка кривится. Ей явно не нравятся мои слова.

— Ах ты... — Она наконец отбрасывает маску напускной уверенности и встает в позу. — Да ты на себя посмотри сначала! — ведет подбородком, очерчивая мой силуэт. — Ничего выдающегося. Ни внешности, ни манер! Ни статуса! Не ровня ты Бураку! Да еще и неверная... Со всеми мужиками подряд спишь! Как перчатки меняешь! Гуляешь от него, бессовестная! Точно правду про тебя говорили... Как в воду глядели! Змею в доме пригрели!

— Про меня, значит, правду говорили? — переспрашиваю я, слегка опешив от такой вопиющей наглости. — А то, что ты к чужим мужьям в постель лезешь, нормально, да?! То, что по чужим домам шастаешь... К семье подбираешься, преследуя понятные для всех цели, — это, я так понимаю, достойный поступок?

Девушка начинает быстро дышать. Она открывает рот, явно собираясь ответить что-то колкое, но не успевает. Ровно в этот момент рядом слышится визг тормозов. Мы оборачиваемся на звук, наблюдая за тем, как останавливается знакомый автомобиль и из него выходит Бурак. На его лице — целая гамма эмоций: ненависть, злость, желание крушить все вокруг. Ему явно не нравится то, что он видит.

Феррахоглу с силой захлопывает дверь и, в два шага преодолев расстояние между нами, подходит, кипя от гнева.

— Что тут происходит?! — цедит он сквозь зубы. — Что ты тут забыла, м?! Какого черта ты делаешь рядом с моей женой?!

Однако спрашивает он это вовсе не у меня. Его глаза, уже налитые кровью, нацелены лишь на девушку возле меня, которая совсем недавно с пеной у рта уверяла, что у них с моим мужем неземная любовь.

Теперь же при виде его она заметно тушуется и шумно сглатывает, явно не ожидая увидеть здесь Бурака.

Сделав шаг назад, девушка открывает рот, но так и не находит, что ему ответить. А это доказывает, что все ее слова — абсолютная ложь. Вся та желчь, которую она извергала на меня, лишь показывает ее собственные неразделенные чувства и явную обиду, которая сидит у нее в груди.

Между ними ничего нет. Просто она не может с этим смириться. Будь у них настоящие отношения... уверенная в себе и в любви своего мужчины женщина никогда не стала бы доказывать сопернице, что она лучше. Тем более его жене.

Осмыслив это, я выдыхаю, но вслух ничего не произношу. Зато голос подает она.

— Я ничего такого не делала! — тут же начинает оправдываться, состроив обиженное и оскорбленное лицо. Но растерянных глаз все равно не скрыть. — Просто хотела пообщаться поближе. Узнать, какая она... — Бросает взгляд на меня, а затем вновь смотрит на Бурака. — Я всего лишь сказала, что влюблена в тебя! Что люблю уже давно! А ты поступаешь некрасиво, воспользовавшись мной и выбросив, как ненужную вещь. Так нельзя. Так не бывает! Я не прощу такого к себе отношения!

Феррахоглу хмурится. Его брови сходятся на переносице

— Не понял... Что между нами было, м? Поясни, а то я, кажется, не понял. Совсем не доходит. Что ты делаешь рядом с моей женой?

— Бурак, я... — Она поджимает губы.

— Разве мы не договаривались с тобой лишь о том, чтобы ты сыграла определенную роль в нужный момент? Разве я не заплатил тебе за это крупную сумму? Или стоит освежить память? Ты выполнила то, что от тебя требовалось. Все. Точка. На этом наши пути разошлись. Ты мне больше не нужна. Что за непонятные действия за моей спиной? И о какой любви ты тут говоришь? Ты. Кто. Такая? — Он специально выделяет каждое слово. — И зачем сюда пришла? Я что, тебе мало заплатил? Да вроде бы сумма приличная...

От шока девушка прижимает к себе сумку и начинает активно хлопать глазами, явно не желая отвечать на эти вопросы.

— Ну, что молчишь?!

Бурак багровеет. Покрывается пятнами от злобы и ненависти. Вижу, что он не собирается останавливаться в своем желании уничтожить нахалку прямо сейчас.

Он шагает вперед, и, сильно сжав девушке руку, притягивает к себе.

— Больше никогда не приближайся к моей жене. Слышишь? Никогда. Ты мне никто. Получила свое — проваливай. Катись к черту!