Игнат перетягивает запястья парня, и привязывает того к ножке дивана. А освободившийся ремень затягивает на шее парня.

Я ахаю, а Игнат чуть натягивает ремень.

- Отвечай, когда тебя спрашивают, - говорит тихо и вроде бы спокойно, но выходит как-то зловеще. Даже у меня по коже пробегает холодок.

Что уж говорить о парне.

- Эй, вы же не станете…Это незаконно…

- Незаконно?

Игнат выгибает брови.

- Может, тогда поговоришь с полицией?

- Я…ничего такого не делал, отпустите!

- Итак, что тебе понадобилось в пекарне.

Ремень затягивается туже, и парень начинает задыхаться.

Я усилием воли заставляю себя на это смотреть.

- Ладно, черт с вами, скажу.

Игнат слегка ослабляет ремень.

- Мне поступил заказ. Пробраться сюда и… Черт…

Останавливается и ремень тут же затягивается сильнее.

- Ладно, ладно, говорю. Заказ на то, чтобы вытащить из холодильника какой-то торт, и его разломать. Черт, раскрошить, и спустить его в унитаз. Или просто растоптать. На мое усмотрение.

- Ох, - выдыхаю я, отказываясь верить услышанному.

Хотя…Для чего-то же я осталась здесь ночевать.

Но, если честно, это не было каким-то хорошо оформленным предчувствием. Лишь слабое беспокойство и нежелание выходить из состояния вдохновения.

- Мне сказали, что тут не будет никого.

- А что с сигнализацией?

- Сказали, что будет отключена.

- Но, огонек горит! – восклицаю я.

И тут же понимаю, что было бы глупо отключать систему, не оставив видимого доказательства, что та продолжает работать.

Значит… это…кто-то из своих?

Хотя не факт.

Утром было столько суеты, и поставщики приезжали один за одним. По факту, это мог быть кто угодно, а камеры внутреннего наблюдения мы днем, как правило не включаем.

Сколько там надо времени?

- Как на тебя вышел заказчик? – спрашивает Игнат.

- Через интернет. Деньги перевел криптой, так что не отследить. Ну, я согласился, потому как никакого криминала, всего лишь какой-то торт. Чеееерт! Отпустите, больно же.

- Всего лишь? – восклицаю я.

- Обещаю, что больше ни за что и никогда. Близко к вам не подойду. Вот чем хотите поклянусь.

И парень смотрит на Игната.

- Ее проси, - кивает он на меня.

- Ладно, отпусти, - вздыхаю я.

Игнат сдергивает с шеи парня ремень, а потом принимается за скотч. Во время этого парень то и дело стонет и кряхтит.

А как только Игнат его освобождает, сейчас же принимается тереть шею и запястья.

- Кажись, ты мне сотрясение мозга обеспечил, - жалуется, после того, как с третьей попытки поднимается. Из-за какого-то гребаного торта.

И парню тут же прилетает тяжелый подзатыльник.

- Ладно, оставь его, - говорю я. – Пусть проваливает.

Игнат провожает парня до двери, а я тем временем устало усаживаюсь на диван и потираю виски.

Даже страшно представить, что бы я обнаружила здесь, спустившись утром.

Всего лишь торт…

Всего лишь, да не всего лишь.

Когда мы вложили в его изготовление столько времени и сил...

Когда о дегустации заявлено во всеуслышание, и подтянется народ, а некоторые, есть и такие, специально приедут издалека, потратившись на билеты...

В общем... Удар по репутации был бы более, чем значительным.

И, если бы не Игнат…

…

Он как раз возвращается, и усаживается на диван рядом со мной.

- Спасибо тебе, - говорю я. – Если бы ты не остался тут, не знаю, что бы произошло. Точнее, знаю, и это был бы полный крах всему.

- Думаю, ты преувеличиваешь. Одним таким случаем вашу репутацию не испортить.

- Да, так-то оно так. И все же…Это меня…очень бы сильно расстроило. Так что, ещё раз, Игнат, огромное тебе спасибо.

- Не за что. Друзья ведь должны помогать друг другу. Разве нет?

- Да, конечно, - киваю, стараясь не обращать внимание на то, как резануло меня это его «друзья».

Но Игнат тут же уводит тему, и в некоторой степени я ему благодарна и за это.

- Догадываешься, кто это может быть?