Не услышав за собой никаких шагов, Юрий Леонидович повернулся и увидел, что Светлана осталась стоять на месте. Вдруг он осознал, что девушка все еще не верит ему. Нахмурившись, мужчина сначала указал на свою секретаршу, потом на девушку с ресепшена, а затем сделал круговое движение рукой, имея в виду всю компанию.

— Можете спросить у кого угодно — они ответят кто я.

После этих слов Юрий Леонидович принялся себя осматривать. Что не так? Почему она не верит ему?

— Сколько Вам лет? — вдруг спросил его Паша.

Только сейчас Юрий Леонидович заметил рядом со Светланой стоят двое детей. Он подошел к ним поближе и начал всматриваться в лица детей. Про себя мужчина отметил, что у них очень изящные черты.

— Кто ваш отец? — спросил он из любопытства.

Паша выпрямился и, подняв голову, промолвил:

— Сначала ответьте на мой вопрос.

Юрий Леонидович не нашелся что ответить. Очевидно, что мальчик, несмотря на свои годы, не даст себя в обиду.

Юрий Леонидович не спешил отвечать. Вместо этого он обратился к Паше:

— А как ты думаешь?

При этом он поправил воротник и сделал так, чтобы выглядеть моложе.

Паша, прищурившись, начал прицениваться.

— Тридцать? — мальчик специально сказал, что Юрий Леонидович выглядит намного моложе.

Мужчина расхохотался — ему пришелся по вкусу ответ Паши.

Эмоции на лице Маши, которая стояла возле мамы и молча наблюдала за этой сценой, сменялись со скоростью света. Наконец, она посмотрела на брата с улыбкой. Как он может так врать и не краснеть? Тридцать лет? Скорее, два раза по тридцать!

— А ты неплох! В следующий раз в такой же ситуации лучше скажи на десять лет больше, ведь сорок лет — пора расцвета для мужчины!

Паша молча уставился на него. Про себя мальчик закатил глаза. Как можно быть таким самоуверенным? Расцвет? Было бы вернее сказать, что это закат.

Юрий Леонидович перестал забавляться с Пашей и перевел взгляд на стоявшую рядом с ним Светлану.

— Я и есть Державин Юрий, — торжественно произнес мужчина и полез в карман.

Он вытащил кошелек и достал из него водительское удостоверение.

— Вот мое доказательство.

Светлана не стала подходить ближе. Она прошлась по документу своим взглядом — и правда, в графе имя было написано Юрий Леонидович. Она решила извиниться за свое недоверие.

— Прошу прощения, я переживаю за детей. Надеюсь, Вы поймете.

Юрий Леонидович махнул рукой.

— Да ничего! Пойдемте за мной, здесь не место для разговоров.

Светлана кивнула, и они все вместе зашли в лифт.

После нажатия на кнопку Юрий Леонидович опустил голову и посмотрел на мальчика.

— Как тебя зовут?

— Гусев Павел, — затем он показал на сестру. — А это моя сестра, Гусева Мария.

Юрий Леонидович, кажется, помнил, что это была фамилия мужа Анфисы.

Он услышал, как Светлана охнула. Мужчина продолжил спрашивать:

— Вы из Белгорода?

Это было больше похоже на утверждение.

— Да, — ответила Светлана.

Юрий Леонидович принял серьезный вид. Лифт остановился. Мужчина вел их в свой офис.

Пройдя по коридору, они вошли в его кабинет.

Юрий Леонидович сразу приступил к делу:

— Зачем Вы пришли ко мне? За помощью?

Дойдя до стола, он открыл стоявшую там железную коробку и, достав сигару, положил ее к себе в рот. Затем мужчина взял в руки зажигалку.

— Извините, но можете не курить — меня тошнит от запаха сигарет. Давайте сначала все обсудим, — Светлана поморщилась. Из-за беременности она стала очень чувствительна к таким запахам.

Юрий Леонидович посмотрел на нее, потом перевел взгляд на зажигалку

Он вытащил изо рта сигару, потушил огонь и сложил все обратно в ящик. Затем он повернулся к Светлане и указал на стул.

— Присаживайтесь.

Она кивнула, но прежде, чем сесть, похлопала сына по плечу, прошептав на ушко:

— Побудьте с сестрой за дверью. Не уходите далеко.

Паша понимающе кивнул. Он взял сестру за руку, и они вместе вышли за дверь.

Юрий Леонидович смотрел им вслед. В этот момент он, кажется, догадался, кто перед ним стоит.

Когда дверь за детьми закрылась, он первым начал разговор:

— Только дочь Анфисы могла знать, кто я такой. Изначально именно я должен был воспитывать ее ребенка, однако она захотела для него обычной жизни.