— К счастью, нет, — она не осмеливалась посмотреть Светлане в глаза, поэтому держала голову опущенной.

— Я помню, где-то в доме было лекарство от похмелья, принеси мне.

— Хорошо, — немного замешкавшись ответила Екатерина.

Она налила стакан воды и принесла лекарство. Держа одной рукой Светлану, она поднималась по лестнице:

— Осторожнее, смотри на ступеньки, врач велел тебе не вставать с постели.

— Я знаю, что делаю, всё нормально.

Она поднялась наверх и распахнула дверь в комнату, где горела лишь одна прикроватная лампа, свет был немного тусклым. Она даже почувствовала запах алкоголя

Забрав у гувернантки лекарство и воду, она сказала:

— Спускайся, я сама здесь управлюсь.

— Будь осторожна, если тебе что-то понадобится — зови меня.

Светлана медленно зашла внутрь комнаты, увидев, что она дошла до кровати без происшествий, Екатерина закрыла дверь и спустилась вниз.

Дмитрий лежал на боку в темноте, она подошла к кровати и поставила стакан вместе с лекарством на столик. Затем села и протянула руку, чтобы повернуть его к себе.

— Тебе плохо?

Он был очень тяжелым, если он хотел, Светлана не могла перевернуть его. Подумав, что он спит, она не стала продолжать. Она лишь наблюдала, как дождь стучит в окно, её ресницы слегла двигались, будто она о чем-то задумалась. Дима открыл глаза, но не пошевелился. Один лежит, другая сидит, и каждый со своими мыслями.

Раздался звон. Это было смс-оповещение, она вытащила телефон, разблокировала его. Это было сообщение от Трифона, после долгих колебаний, она наконец прочитала немногословное: «Я уехал, всего лучшего.»

Сегодня такой сильный дождь, да и ночь уже. Она слегка вздохнула, в надежде, что всё вернется на круги своя. Повернув голову, она увидела, что он всё так же лежал, не меняя позы. Его зрачки были тёмными, словно сконцентрировав мрак внутри себя.

Она положила телефон, раскрыла одело и легла на кровать. Девушка положила руки на его талию и собиралась уснуть, вдруг, Дмитрий схватил её за руки, она и опомниться не успела, как он перевернул её с левой стороны на правую, и прижал её руки над головой, так, что она и пошевелиться не могла. Прижав её ноги своими, он лежал на ней сверху.

От него исходил сильно пахло перегаром, девушка удивилась.

— Ты не спал?

Он ничего не ответил, и лишь пристально взглянул на её губы, в тусклом свете его брови казались яростными и отчетливыми. Он провел большим пальцем по её красивым пухлым розоватым губам, легко и нежно скользнув кончиками пальцев по ним. Он опустил глаза, густые ресницы закрыли его темные зрачки.

Светлана не могла понять, что с ним происходит.

— Ты…

Только она открыла рот, как он с силой сдавил пальцами её губы, да так, что они поменяли форму. От боли, она крепко сжала руки, но, по-прежнему, не могла пошевелиться. Он внимательно наблюдал за этим, снова и снова сдавливая её губы. Светлана не издавала ни звука, молча терпела, он немного ослабил хватку, но не отпустил её. Её губы были словно распустившийся цветок, он то сжимал их, то поглаживал.

Светлана лишь ощущала легкое онемение в губах, она сегодня очень сильно устала.

Что-то вроде воды капало на её лицо, но она ещё не успела понять, что это было. Его губы охватили её, целуя её то глубоко, то просто теревшись о поверхность губ.

Это мучение. Это невыразимая печаль. Внезапно затянутая в омут, она упорно боролась, но каждая клетка разума, каждый сантиметр тела словно разрывали на части и сматывали в клубок, это было невыносимо. Он разжал её руки, и прислонившись к уху, хриплым голсоом спросил:

— Где ты была? Я проснулся и не обнаружил тебя, знаешь, как я испугался?

Светлана обняла его.

— Я не уходила, я всё время была здесь.

— Я сделал тебе больно только что? — спросил он удрученным голосом, словно исходящим из груди, даже немного трепетно.

— Нет, разве не я позволила тебе пить алкоголь? Сердишься?

— Ну, меня тошнит, а желудок просто горит огнем, не знаю, умру или нет.

Её голос был очень мягок, но с упреком:

— Если ты выпил, тебе можно нести всякий бред? Я принесла тебе лекарство от похмелья, примешь?

— Поухаживай за мной, — его тихий голос.

Светлана охотно согласилась, ей было стыдно, ведь она сама наливала ему алкоголь, и в то же время жалко его.

— Ты встанешь или не можешь? Как же мне напоить тебя.

Светлана слегка подтолкнула его, он повернулся и лег рядом. Светлана поднялась, взяла лекарство и поднесла его к губам Димы. Он широко открыл рот и сжал губами её палец. Светлана нахмурилась и быстро убрала руку.

— Вставай, выпей воды.

Он лежал неподвижно.