Светлана вдруг бросила взгляд на часы — было уже семь часов вечера. А Дмитрий до сих пор не вернулся. Пока Екатерина Алексеевна собирала посуду, Светлана оперлась на изголовье кровати, взгляд её невольно упал на букет роз, который стоял прямо перед широким окном. Как они, однако, красиво распустились. Прищурившись, она долго смотрела на них, словно впав в глубокую задумчивость.

Екатерина Алексеевна разобралась с посудой и, заметив, что Светлана провалилась в свои мысли, спросила:

— Красивые, да? Похоже, у этого мужчины довольно неплохой вкус, — заметила Екатерина Алексеевна, она не знала о флюрографике.

Розы символизирует «любовь», и Трифону это точно прекрасно известно. Учитывая, что теперь, даже зная о беременности, всё равно подарил ей розы… Девушка беспомощно вздохнула.

— Что такое? Их нельзя дарить что ли? — тут же поинтересовалась Екатерина Алексеевна, не понимая, с чего вдруг Светлана так тяжко вздыхает.

— Да нет, ничего, — после чего специально сменила тему, спросив. — А во сколько он утром ушёл?

Екатерина Алексеевна, задумавшись, ответила:

— Примерно часов в шесть, — она в тот момент даже не посмотрела на время. Когда Дмитрий позвонил и попросил её прийти, было пять часов, так что, учитывая время на сборы и путь до больницы, это заняло минут тридцать, а потом Дмитрий ещё обсудил с ней кое-что, какое-то время посидел у кровати Светланы и только затем ушёл.

Девушка смотрела в окно. В её нынешнем состоянии она не могла никуда уйти, но не видя Дмитрия целый день, поняла, что произошедшее нельзя было назвать «обычной проблемой». Если честно, Светлана боялась. Боялась, что её ситуация почти безвыходная.

— О чем думаешь? Почему такая грустная? — встревоженно спросила Екатерина Алексеевна, после чего добавила. — Тебе сейчас ни за что нельзя переживать.

Девушка и сама прекрасно понимала, каково сейчас её телу, да и пустое волнение сейчас всё равно ни к чему не приведет. Единственное, что она могла сделать — не доставлять Дмитрию лишних проблем и беспокойства. Прикрыв глаза, она обратилась к женщине:

— Екатерина Алексеевна, выключи, пожалуйста, свет. Я вздремну, — из-за слишком яркого освещения она никак не могла успокоиться.

Екатерина Алексеевна ответила «хорошо», после чего выключила свет. Вскоре палата погрузилась в полумрак. Женщина сидела рядом с ней, на прикроватном стульчике:

— Поспи. Если вдруг что, сразу говори. Я буду рядом.

— Всё в порядке. Ты тоже отдохни.

Поскольку для неё зарезервировали целый этаж, свободных мест для отдыха было достаточно. Но Екатерина Алексеевна боялась оставлять её одну:

— Нет, спи, обо мне не беспокойся. Если что, я на диване посплю.

Светлана понимала, что женщина делала всё это, потому что заботилась о ней и хотела как лучше, поэтому не стала сопротивляться, закрыв глаза с целью заснуть. Но сон никак не шёл, поскольку днём она уже поспала какое-то время. Хотя изначально сна не было ни в одном глазу, но, возможно потому, что долгое время лежала с закрытыми глазами, в какой-то момент девушка провалилась в страну грёз.

Дмитрий вернулся, когда стрелки часов близились к двенадцати ночи. Поскольку в палате было темно, он включил только свет у входа. Но Екатерина Алексеевна спала чутко и, услышав шум, тут же проснулась.

— Дмитрий Ильич? — спросила она, поднявшись.

Дмитрий почти шепотом угукнул, сразу же приблизившись к кровати. Светлана всё ещё спала непробудным сном. Он расстегнул пуговицу воротника, не отрывая от девушки глаз, после чего спросил:

— Как она себя сегодня чувствовала?

— Её сильно рвало, ничего не ела особо. Доктор поставил капельницу и выписал рецепт с диетой. Так что вечером стало получше, кое-что съела и больше не тошнило, — ответила женщина

Дмитрий кивнул, протянув руку и прикоснувшись к мягкой щёчке. Маленькое лицо её казалось размером с ладошку, а кожа была белоснежной, точно первый снег. Вероятно, из-за прикосновения девушке стало щекотно. Она слегка пошевелилась, затем задрожали ресницы, и, в итоге, медленно открыла глаза. Сквозь пелену сна она увидела рядом с кроватью мужскую фигуру и тут же встрепенулась, собираясь сесть. Дмитрий поспешил поддержать её, подложив сзади подушку, а затем мягко спросил:

— Разбудил?

— Пить хочется.

Мужчина осторожно помог ей прислониться к изголовью:

— Сейчас налью.

Когда он подошёл к столу, взгляд невольно упал на стоявший рядом букет. Бросив быстрый взгляд, он налил воду, вернулся к кровати и отдал стакан девушке:

— Кто цветы подарил?

Он спросил это между делом, поскольку знал, что сегодня не приходил никто, за исключением Эльдара. Но с чего бы вдруг розы?