— Ты напугал ее, она ведь не специально, — Светлана хотела как-то ее защитить, — она же так беспокоится о тебе.

— Ты моей смерти жаждешь? – намеренно сменил тему Трифон, не желая с ней это обсуждать.

Светлане ничего не оставалось, кроме как взять чайник и налить ему воды. В тот момент зазвонил лежащий на столе телефон. Видя, как Трифону неудобно, Светлана взяла телефон и протянула ему.

Трифон посмотрел на номер, это звонил заведующий гостиницы.

Он нажал кнопку ответа и приложил к уху.

— Трифон Олегович, в гостиницу заселились люди, похоже авторитеты, заняли целый этаж.

Трифон велел ему сообщать, если кто-нибудь приедет из других городов в эти дни. Поэтому, как только появился не местный, он сразу позвонил Трифону, чтобы доложить.

— Вы знаете, откуда они? – смотря на наливающую воду Светлану, спросил Трифон.

— Из Белгорода, с ними двое детей. Теперь вход на весь этаж запрещен. Они не нуждаются в слугах: им все приносят их собственные люди. Мы никак с ними не соприкасаемся. Это тот, кого вы ищите?

Светлана пропала, и кто-то должен был появится, чтобы найти ее. поэтому Трифон приказал обращать внимание на приезжих в гостинице, чтобы как можно раньше понять, что за ней приехали.

— Ясно, — Трифон не был уверен, приехали ли это за Светой.

Когда он повесил трубку, Светлана протянула ему воду. Он отложил телефон в сторону и взял стакан.

— Заведующий доложил, что в гостиницу заселились не местные, — не подумав, сказал он.

Светлана не придала его словам значения, понимая, если бы это была действительно важная информация, то он бы ей не сказал. Когда он допил, Светлана потянулась за кружкой, но Трифон не отдавал ее. Как только она кончиком пальца коснулась его руки, то резко отдернула руку. Трифон взглянул на то место, к которому она прикоснулась: казалось, что в нем осталась ее температура там, едва ощутимая, но соприкосновение длилось слишком мало времени, и впечатление было не глубоким.

— Я же незаразный, почему ты так меня боишься?

— Я тебя не боюсь, по правде говоря, я замужем, поэтому мне не интересен ни ты, ни кто-либо еще, я со всеми держу дистанцию, — сложив руки, серьезно сказала она.

В этот раз Светлана решила использовать их с Дмитрием брак в качестве предлога.

Если бы она сказала, что у нее есть ребенок, то Трифон бы удивился и не поверил ей, но так…

— Ты же еще ребенок, а уже замужем, и детей родить успела. Ты просто боишься, что у меня на твой счет есть непристойные мысли, поэтому специально это сказала? – он расслабился и уткнулся лицом в подушку.

— Восемнадцать лет – это уже взрослый человек, мне 24, разве это странно – быть замужем и иметь детей? — Светлана с трудом подавила внутренний дискомфорт. Она не хотела об этом говорить: она не считала это какой-то благодатью. А если и говорить о благодати, то для нее это были ее милые дети.

Трифон почувствовал волнение в ее голосе, который не был столь же спокойным как прежде, ее тон становился все серьезней.

— За кого ты вышла? Он даже кольцо тебе не купил. Лучше уйди от него, я тебе куплю, — усмехнулся Трифон, смотря на ее сложенные руки.

Светлана опустила голову, на руках у нее ничего не было, не считая браслета, который подарила ей Елизавета Родионовна.

— Я его не ношу, — притворилась спокойной Светлана.

Когда они поженились, у них были разные цели, а брак продлился всего месяц. Разве у них было свободное время, чтобы купить обручальные кольца?

Трифон не верил, что она замужем, и у нее есть дети. Но приезжие постояльцы заставляли его переживать. Смотря на Светлану, он погрузился в размышления.

— Ты отдыхай, а я пойду в свою комнату, — Светлана не хотела оставаться с ним наедине. Она встала и, опираясь на стену, вышла.

— Света, — вдруг окрикнул ее Трифон.

— Что? – обернулась девушка.

— У тебя очень красивый браслет. Где ты его купила?

Светлана опустила глаза, взглянула на браслет на запястье и улыбнулась:

— У тебя особые предпочтения? Тебе нравится собрать женские украшения?

Трифон Олегович помолчав, сказал:

— Нет…

— Тогда почему ты расспрашиваешь? — резким тоном спросила Светлана.