В первом сообщении была испуганная мордочка собаки, а в сообщении ниже было написано: «Ты получила то, что я отправил тебе?»

Кира написала в ответ: «А что ты отправил?»

«Пирожные, ты ведь писала несколько дней назад, что у тебя сегодня будет…Я слышал, что это очень болезненная для женщин процедура, я захотел отправить тебе сладости, чтобы тебе не было так грустно, ты еще не получила?»

Кира взглянула на те красивые пирожные на столе и на душе у нее стало тепло, когда человек в уязвимом состоянии, забота со стороны других людей очень трогает.

Она слегка улыбнулась и написала: «Получила, спасибо».

«Вкусные?»

Девушка тут же ответила: «Вкусные». А следом добавила: «Очень вкусные».

Юрий Леонидович отправил ей картинку, на которой была изображена плачущяя кошечка, закрывшая лицо руками, а внизу была надпись: «Что плохого в том, чтобы быть милым?».

Кира улыбнулась, глядя в телефон

Юрий Леонидович снова отправил смс: «Меня укусила собака».

«Надеюсь, не сильно?»

«Все нормально, я загрыз эту собаку».

...

«Ха-ха, я свирепее собаки!».

Кира улыбалась, глядя в телефон и думала о том, какой дядя Юра веселый человек.

«Береги себя и не грусти, на дворе двадцать первый век, и нет ничего страшного в том, чтобы не иметь детей. Посмотри, сколько известных бездетных людей, ни в коем случае не впадай в уныние, поняла?».

У Киры почему-то защипало в носу, она тут же прикрыла ладонью рот и сделав глубокий вдох-выдох, ответила: «Хорошо».

«В прошлый раз ты сшила платье для одной дамы, вчера она приходила в магазин и хотела увидеться с тобой, а я сказал, что ты занята. Знаешь, это твое признание, ты лучшая!».

Кира молча смотрела в телефон.

Немного погодя, Юрий Леонидович снова написал: «Набирайся сил, если будут какие-то проблемы, обращайся ко мне, дядя всегда найдет для тебя время».

«Хорошо, спасибо».

Немного подержав телефон в руках, Кира положила его обратно на стол.

В особняке.

Закончив рабочие дела и отменив две встречи, Дмитрий вернулся домой.

Паша с Машей были в школе.

В течение дня несколько взрослых кружили вокруг одного ребенка. В особенности, Екатерина Алексеевна.

Илья Никитич также принимал активное участие, так как он не водился с Пашей и Машей в их младенчестве, сейчас он наверстывал упущенное с этим ребенком.

В этом возрасте младенцы много спят, но Екатерина Алексеевна охотно носила его на руках, а Илья Никитич каждый раз говорил:

— Сходи приготовь смесь, я подержу его.

Старшие внуки ходят в школу, и младший также под его опекой.

Екатерина Алексеевна всегда с неохотой отдает ему малыша и периодически интересуется, не проснулся ли он, и не нужно ли его покормить, желая подержать его на руках.

Виктория Александровна, тяжело вздохнув, обратилась к дочери:

— Я сейчас подумала и мне стало так жаль Пашу с Машей. Ты была занята, а ими занималась только я, даже некогда было брать их на руки. В таком возрасте они все время лежали в кроватке.

Пока они спали, ей нужно было стирать их пеленки, распашонки, а время от времени, они одновременно просыпались и плакали, тогда ей приходилось брать каждого в одну руку и укачивать. Сейчас она смотрела на то, как несколько человек кружат вокруг одного ребенка.

Светлана взяла мать за руку и сказала:

— Мама, спасибо, ты помогла мне вырастить их двоих.

— К чему эти церемонии?

Светлана улыбнулась и взяла сумку:

— Тогда я поехала.

Сегодня ей нужно съездить в больницу, навестить Киру.

Виктория Александровна еще раз увещевала:

— После родов тебе нельзя простывать, береги себя.

Светлана кивнула и вышла из дома. Она села в машину, на которой водитель уже долго ее ждал.

Спустя короткое время в дверь позвонили, Виктория Александровна собрала белье на стирку и решив, что Светлана забыла что-то и вернулась, открыла дверь и сказала:

— Что-то забыла…

Не успела она договорить, как увидела на пороге Дмитрия, и проглотив остальные слова, спросила:

— Ты уже вернулся?

— Да, сегодня освободился пораньше.

Сняв обувь, Дмитрий надел тапочки и сразу же направился в сторону Ильи Никитича, стоявшего у окна с внуком на руках.

Дмитрий протянул руки:

— Дай мне ребенка.

Илья Никитич взглянул на него и спросил:

— Ты вымыл руки?.