Резким рывком Фамке сорвала вуаль, и Ульрика отшатнулась. Раны подруги не исцелились. На самом деле они вроде даже стали хуже. Волос вампир лишилась – за исключением нескольких серых прядей, голова превратилась в почерневший череп, между лоскутами обугленной плоти виднелись потрескавшиеся кости. Лишенные век глаза остались мутно-белесыми, губы сгорели дотла, обнажив вечную ухмылку пожелтевших от жара клыков. Кожа на шее свисала рваными черными лентами, под которыми блестело сырое красное мясо.

– Хотите полюбоваться на остальное?

Ульрика вздрогнула.

– Нет! Нет, сестра. Я... – Она открыла рот, чтобы выразить сочувствие, но слова не пришли. Да и что тут можно сказать? Любых слов было бы недостаточно. – Я не понимаю, – выдавила она наконец. – Неужели леди Гермиона не давала вам крови? Почему вы не исцелились?

Фамке пожала плечами, и хлопья кожи посыпались с шеи на пол.

– Все госпожи испробовали свою магию и свою кровь. Мне говорили, одни сестры меньше подвержены влиянию солнца, другие – больше. Я из последних. – Она подняла вуаль и принялась заново драпировать кошмарную голову. – И боль все такая же, как в утро, когда я горела. Я не могу ни сесть, ни лечь, ни прислониться к чему-нибудь. Агония слишком сильна. Так что я стою. Госпожа говорит, так будет вечно.

Ульрика зажала рот ладонью, чтобы приглушить всхлип.

– Ох, Фамке. Как же вы выносите все это?

Фамке повернула к ней прикрытое вуалью лицо.

– Просто я уверена, что жизнь после смерти будет еще хуже.

Ульрика снова всхлипнула. Фамке долго молча смотрела на нее, потом двинулась к двери.

– Я собиралась убить вас за то, что вы сделали, – сказала она. – Но месть не исцелит мою кожу. Я оставлю вас госпоже Гермионе. Пускай позабавится. Удачи, сестра.

Ульрика шагнула за ней, протягивая руки.

– Фамке! Фамке, подождите! Я это так не оставлю. Я...

У двери Фамке оглянулась.

– Не зовите меня этим именем, – прошелестела она. – Фамке мертва. Я – Сушь.

Ульрика, не двигаясь, смотрела вслед Фамке, шагнувшей за дверь и исчезнувшей из вида в каменном коридоре. Не пошевелилась она, и когда слуги с грохотом захлопнули дверь, но когда заскрипел засов, вампир стряхнула оцепенение, ринулась вперед и пинком вышибла створку.

Дверь распахнулась, кавалеры-обожатели от неожиданного толчка попадали на пол, засов отлетел в сторону. Ульрика выскочила из камеры, вырвала у ближайшего человека меч и шагнула к Фамке, обернувшейся на шум.

– Пойдемте со мной, – сказала Ульрика, протянув руку. – Пойдемте со мной, и я найду способ вылечить вас. Я заглажу свою вину. Я...

Шаги в кладовой помешали ей закончить. В коридоре показалась Гермиона с двумя ламиями и толпой кавалеров-обожателей.

– Значит, это правда, – сказала она, встретив взгляд Ульрики. – Предательница вернулась. Убейте ее!

ГЛАВА 35

МОСТ И ДОРОГА

Блондинка и тилийка ринулись на Ульрику первыми, за ними толпились кавалеры. Ульрика отбила атаку ламий, прорвалась к людям, увернулась от бестолково полосующих воздух мечей, схватила за запястье одного щеголя и швырнула его на клинки его же товарищей.

Позади них Гермиона шевелила пальцами, творя заклинание. Ульрика выругалась. Это гораздо опаснее бойцов. Ее чары могут запереть Ульрику в доме. Значит, ее надо остановить.

Ламии наступали снова, на этот раз осторожнее, но Ульрика не стала их ждать. Она метнулась к Гермионе, парировав выпад смуглой тилийки, но блокировать удар блондинки не успела. Меч ламии рассек предплечье Ульрики до самой кости, но она, не обращая внимания на боль, прыгнула на Гермиону. Та увернулась, так быстро, что Ульрика даже не уловила движения, и меч ее лишь врезался в стену.

Когти Гермионы полоснули Ульрику по груди, левая рука железной хваткой стиснула руку с мечом. Ульрика зарычала и неуклюже, но сильно ударила противницу свободной рукой. Железный браслет наручников угодил в висок Гермионы – и она упала на пол, точно сброшенное платье.

– Госпожа! – воскликнула, поспешив к ней, Фамке.

Кавалеры-обожатели кинулись на помощь Гермионе, а Ульрика, парировав очередной выпад тилийки, проткнула темнокожую ламию насквозь. Блондинка ударила, когда Ульрика еще не вытащила клинок из тела противницы. Ульрика толкнула тилийку на блондинку, а потом ударила вампира ногой в лицо. Две охранницы упали, и теперь между Ульрикой и выходом осталась только Фамке.

Ульрика шагнула вперед. Блондинка уже поднималась. Вскоре придет в себя и тилийка.

– Отойдите. Я просто хочу уйти.

Фамке еще секунду стояла на месте, потом, дрожа, посторонилась.

– Никогда не возвращайтесь, – прошептала она. – Никогда.

Ульрика шагнула в открытую дверь – и оглянулась на пороге.

– Простите, – сказала она. – Не могу этого обещать.

Блондинка и тилийка двинулись к двери. Ульрика бросила последний взгляд на черную вуаль, скрывавшую лицо Фамке, развернулась и побежала к лестнице в подземный туннель.