На втором этаже был небольшой холл, со столиком и двумя стульями, стоящими у стены. И три двери. Одна была открыта и там сидел Айболит. Я несмело постучала.

— Входите, — ответил он.

Это был кабинет. Через окно (с зелеными шторами!) проникал утренний свет и падал на кипу бумаг на деревянном столе. Удобное кресло для хозяина. Стеллаж с книгами и журналами в черном переплете. Небольшой диванчик, обтянутый зелёным бархатом. На полу ковер с коричнево-золотым орнаментом.

— Посмотрите вон в том сундуке, может, что-то вам подойдёт, — сказал мне Лотиан, и тут я увидела большой деревянный ящик с кованной ручкой за диваном.

Пошла к нему и открыла. Там лежали стопкой несколько синих платьев. Я развернула одно и рассмотрела. В целом по фигуре подойдёт, можно если что немного ушить. Видимо это форменное платье, потому что на воротничке была эмблема лечебницы — перо в когтистой лапе. Ещё там были белые и серые фартуки с большими карманами, пригодится, когда убираться буду или с животными возиться. Ну, нижнее белье я тут не ожидала увидеть, ладно и над этим подумаем.

— Платья вероятно немного устарели, — с нотками извинений в голосе сказал мне Лотиан. — На первое время вам хватит, я полагаю. Потом сходим к швее за нарядами для вас.

И уткнулся в бумаги, усердно делая вид, что он занят.

— Спасибо, — поблагодарила его. Хоть не в грязном ходить, и то хорошо.

Взяла всё, что было в ящике с громким именем «сундук» и вышла из кабинета. Хотелось бы узнать, что ещё есть в комнатах, но не стала пока лезь туда. Не буду лишний раз злить хозяина этого заведения.

Спустилась к себе, а затем и в ванную. Закинула платья в стирку. Прополоскала их от пыли и в целом освежила. Сегодня похожу ещё в старом платье, мне ещё рейхана лечить. Поэтому вместе с тазиком вышла на улицу. Вчерашнее белье уже высохло, так что развесила новое без проблем на верёвке.

Тузик один раз махнул хвостом, когда я ему кинула косточку-печенье в клетку на обратном пути. Отлично, настроение у монстра хорошее.

Из смотровой услышала, как Лотиан спустился по лестнице, и к нему прибежал Арчи.

— Погулять хочешь? — как же разительно отличается голос Айболита, когда он обращается к животным, столько теплоты и нежности.

— Тяф-тяф, — ответил ему Арчи. И я услышала, как хлопнула входная дверь. Понятно, мужчины вышли на прогулку, оставив меня опять одну с Тузиком.

Оставила тазик в ванной, потом я зашла на кухню, взяла бутылку молока и еды, которую ест Арчи, проверить будет ли такое Тузик. В смотровой взяла чистые бинты. Попробую рану хотя бы водой промыть. Надеюсь, Тузик меня не сожрёт.

На улице был небольшой ветерок, и скрипели ветки на старом дереве, и одежда то и дело колыхалась на верёвке. Я приблизилась к клетке.

— Мой хороший, как дела? — спросила у Тузика. Он вздохнул. Я положила ему миску с молоком и вторую с собачьей едой. Рейхан встал, все же прихрамывая, подошел к мискам. Молоко вылезал сразу. А вот к еде отнесся скептически, даже возмущенно на меня посмотрел.

— Печеньем постоянно питаться вредно, — вставила я своё веское слово. Тузик фыркнул. — Ладно, буду приносить другую еду, что-то да тебе понравиться. А теперь дай мне твою лапу. Я водой её промою. Хромаешь же. Злым и грозным уже не выглядишь, — напоследок надавила на его чувство собственного достоинства.

Тузик зарычал, и заходил туда-сюда по клетке. Я отошла обратно в кухню, давая ему время смириться с неизбежным лечением. Налила из чайника кипяченной воды, уже остывшей после завтрака. Вернулась обратно во двор. Кинула рейхану косточку-печенье.

— Давай мне лапу, — сказала ему. — Это просто вода. Теплая и приятная. Я обработаю рану, быстрее заживет.

Тузик сидел в углу и испепелял меня своими жуткими глазами. Мне было страшно, но лапу-то важнее сохранить.

— Просто подойди, я быстро все сделаю, а потом мы погуляем по двору, — предложила ему, хотя подумала, что после процедуры грязный двор со ржавыми гвоздями и прутьями от клеток, не самое лучшее место для рейхана с обработанной раной.

Он сощурил глаза и высунул язык.

— Честно погуляем, — подтвердила я и открыла клетку. Всё же, надеясь, что животинка меня понимает.

Тузик подошел, лег рядом со мной и высунул больную лапу между прутьев. Я не стала её щупать или рассматривать, притрагиваясь руками. Выглядела она как глубокая царапина. Запаха я не почувствовала, возможно заражения нет, но проверить потом все же стоит. Потом намочила бинт и приложила к ране. Рейхан рыкнул, и дернул лапой.

— Хороший мальчик, — похвалила я. — Так и должен грозный монстр себя вести, с достоинством терпеть боль. Умничка.

Говорила я всякие утешительные, ласкательные слова, не забывая хорошенько промывать царапину. В итоге последний бинтик остался только мокрым, без следов. Я сунула ещё косточку Тузику.