Он замолчал.
— Но что?
— Но после этого я понял, что не могу больше. Что каждый раз, закрывая глаза, вижу их лица. Что магия для меня стала не спасением, а проклятием. Я уволился. Ушёл в никуда. Искал тихое место. Думал, если буду мыть полы, то, может, смогу забыть.
— Забыл?
— Нет. Но стало легче. А когда встретил тебя… — он посмотрел ей в глаза. — Когда встретил тебя, понял, что можно жить дальше.
Даша протянула руку и накрыла его ладонь своей.
— Спасибо, что рассказал.
— Ты не испугалась?
— Чего?
— Меня. Моего прошлого.
— Артём, я живу с говорящей свинкой, которая открывает порталы в другие миры. Думаешь, я могу испугаться тебя?
Он улыбнулся.
— Ты удивительная, — сказал он с улыбкой.
— Знаю, — ответила Даша, и они оба засмеялись.
Они сидели, держась за руки, и молчали. Пышка, которая всё это время тихонько жевала свой пирожок, вдруг перебралась на колени к Даше и свернулась там клубочком. Её шёрстка начала светиться — сначала тускло, потом всё ярче, пока она не превратилась в маленькое, тёплое, золотое солнце. Даша чувствовала это тепло через халат, через кожу, и ей казалось, что вместе с ним в неё входит что-то новое, что-то, чего она никогда раньше не чувствовала.
— Артём? — спросила она.
— М?
— А что ты хочешь дальше? Ну, в будущем?
— Не знаю. Никогда не думал. Раньше у меня были только задачи. Выполнил — получи следующую. А теперь… теперь я просто хочу быть с тобой.
Даша почувствовала, как щёки у неё загораются, и отвела взгляд.
— А я хочу открыть свою лавку, — сказала она вдруг. — Маленькую, уютную, где буду варить зелья для людей. Не для магов, не для каких-то великих целей — для простых людей, которым это правда нужно. От бессонницы, от тревоги, от головной боли.
— Отличная идея, — сказал Артём.
— Думаешь?
— Уверен. У тебя талант.
— Спасибо.
— За что?
— За то, что веришь в меня. Это… это много значит.
Он наклонился и поцеловал её. Легко, нежно, почти невесомо. В этот момент Пышка, которая всё это время мирно светилась на коленях у Даши, вдруг замерла, прислушалась к чему-то, и сказала:
— Ой.
— Что «ой»? — насторожилась Даша.
— Кажется, я сейчас открою портал.
— Не надо! — закричала Даша, но было поздно.
Пышка чихнула и прямо посреди кухни, над столом, возникло сияющее кольцо. Оно росло, пульсировало и явно собиралось что-то выпустить.
— Закрой! — закричала Даша.
— Не могу! Не получается!
Из портала вывалилось нечто. Огромное, пушистое, с длинными ушами и глупым выражением морды.
— Это кролик, — тупо сказала Даша.
Кролик был размером с небольшую собаку. Серый, с тёмными пятнами на спине, лопоухий — уши свисали почти до пола, когда он опускал голову. Нос у него был розовый, влажный, и он всё время им двигал, обнюхивая новое пространство. Глаза — большие, тёмные, смотрели на мир с абсолютным, ничем не омрачаемым счастьем.
Кролик оглядел кухню, оценил обстановку, увидел куриц и направился к ним. Подошёл к ближайшей — чёрной, с синеватым отливом — и лизнул её прямо в бок. Курица кудахнула, но с места не сдвинулась. Кажется, она была скорее заинтригована, чем напугана.
— Пышка! — заорала Даша.
— Оно само! Не виноватая я!
Кролик тем временем обнюхал грибы и направился к столу, где сидели Даша и Артём.
— Красивый, — сказал Артём.
— Он огромный!
— Зато пушистый.
Кролик подошёл к Даше, ткнулся носом в колено и преданно посмотрел в глаза.
— Кажется, он выбрал тебя, — заметил Артём.
— Нет. — Даша сделала шаг назад, но кролик двинулся за ней. — Нет, нет, нет. У меня уже есть Пышка, четыре курицы, грибы и ты. Кролик сюда просто не влезет. И у меня нет денег на кролика! Чем его кормить? Где он будет спать? Что он вообще ест?
— Он будет есть траву, — сказал Артём. — И пирожки.
Кролик, услышав слово «пирожки», оживился и уставился на стол. Артём вздохнул, отломил кусочек от своего пирожка и протянул кролику. Тот съел с такой скоростью, что Даша не успела моргнуть. И посмотрел на Артёма с выражением, не оставляющим сомнений: он просил добавки.
— Влипли, — сказала Даша.
— Влипли, — согласилась Пышка.
— Он останется?
— Похоже, да.
Кролик, довольный, улёгся у ног Даши и закрыл глаза.
— Как назовём? — спросил Артём.
— Шарик, — сказала Даша, не задумываясь.
— Это же кролик.
— Ну и что. Он круглый и пушистый. Шарик.