Атмосфера словно стала гуще, тяжелее. Она опускается на плечи одеялом, не мягким новым одеялом, а тем старым колючим, какое находишь на даче, на чердаке, оставшееся еще от прошлых владельцев. Зря Злата вообще завела этот разговор и продолжила, но слова обратно не вернешь, не отмотаешь на несколько минут назад.

— Все в порядке, — словно почувствовав ее неудобство, говорит Сирил. — Вы не знали, и я понимаю это любопытство и интерес к другому миру.

— Простите, — все равно говорит Злата, потому что если с ней так вежливы, то и ей стоит быть вежливой в ответ.

Сирил отводит взгляд и ставит чашку на стол. Исса прямо по одежде перебирается с его ладони на плечо. Кажется, им обоим нравится, когда все именно так: может, ее лучше слышно. Или, наоборот, Иссе хочется прятаться за его волосами от мира. Но выглядит очаровательно.

— Все в порядке, — повторяет Сирил. — Я принимаю извинения, если вам так угодно. Я в свое время задал достаточно неудобных вопросов о вашем мире.

Верно, для него ее мир тоже чужой и по-своему странный, непривычный, работающий совершенно иначе, по другим законам — не только физическим, но и юридическим тоже. С другим видом энергии.

— Очень отличается?

Злата рада, что тема немного меняется, даже стало как-то легче дышать.

— Совершенно. Ваш мир… быстрый, стремительный. Иногда кажется, что все вокруг куда-то спешат. Сложно помнить детали, когда привык пропускать годы мимо себя.

Она вряд ли сможет когда-нибудь понять полностью: ее век против его ничего не значит, но зато она понимает другое. Почему прошлогодний купон. Потому что для него время между сменой одного настенного календаря на другой словно мгновение, моргнул — и уже другой год.

Вряд ли Сирил цепляется за каждую минуту, иначе можно сойти с ума при настолько долгой жизни.

— Мой мир не всегда был таким, технологии сделали его более… — она прячет внезапный зевок за ладонью, — стремительным. Прошу прощения.

— Ничего. Проводить вас до гостевой спальни?

Злата кивает. Уже действительно поздно, она не хочет даже считать, насколько. Может, уже под утро, здесь нет часов все-таки.

— Да, спасибо.

Она встает из-за стола, замечая, как оставшиеся тарелки медленно исчезают в золотом свете магии. Сирил не предлагает ей руки на этот раз, но Злата следует за ним.

Коридоры кажутся немного темнее, как будто некоторые из свечей погасли. В мягком свечении крыльев и волос Иссы лицо Сирила на самом деле выглядит уставшим. Конечно, не настолько, как в Третьем Доме, который сводил с ума одними своими лабиринтами кабинетов, но все же.

Она не знает, как сама выглядит, но им обоим точно нужен хороший сон.

— Небольшие правила, — начинает Сирил, и Злата только сейчас замечает, что он где-то оставил трость, она даже не может сказать, в какой момент. — Чтобы ваше пребывание здесь прошло без проблем.

Какая-то глупая часть Златы, та, которая, вероятно, все еще хочет оказаться в замке из «Красавицы и Чудовища», дергается внутри нее, поэтому она даже не успевает толком обдумать, как выдает:

— Не ходить в западное крыло?

Злата тут же хочет извиниться за неуместную и явно непонятную шутку, но чуть не спотыкается, когда слышит смех Сирила. Не фырканье, а настоящий смешок.

— О, полагаю, мы сейчас в той самой третьей главе, где сошлись наши пути?*

Она спотыкается, совершенно ненамеренно, но спотыкается, и рука Сирила мгновенно ловит ее. Наверное, у нее сейчас неприлично глупое лицо. Потому что он не просто пошутил… он понял ее отсылку и сделал собственную!

Кому скажешь — не поверят. Дракон, который смотрит мультфильмы!

— Вы… вы…

— Я видел, верно, — говорит он. — Надеюсь, феи интереснее заклятой посуды?

— Конечно, феи интереснее, — бормочет Исса, как будто ее само сравнение с кем-то вроде миссис Поттс оскорбляет.

Впрочем, если бы Злату, будь она волшебным существом, сравнили с посудой, которая пусть и является человеком под проклятием, но все-таки… посуда, она бы тоже немного обиделась. Да и Сирил совсем не похож на Принца-Чудовище.

— Со всех сторон интереснее, — соглашается Злата. — Но… все-таки можно ходить в западное крыло?

Сирил усмехается.

— Разумеется. Ваши покои в западном крыле и находятся, — он зовет ее за собой дальше. — Правило в том, чтобы не ходить в одиночку. Исса будет сопровождать вас. Просто позовите, она услышит из любой части замка. Но если она говорит, что куда-то нельзя — значит, нельзя.

Удобно. Не то, что куда-то нельзя, это само собой разумеется, а что можно позвать фею откуда угодно. Злата уверена, что так бы терялась в замке постоянно, несколько раз в день, или сидела безвылазно в одной комнате, чтобы не заблудиться.

Замок ощущается непомерно огромным.

— Конечно, спасибо. И тебе Исса тоже.

— Буду рада служить, леди.