Дни сменялись днями за приятными и местами утомительными хлопотами. Новое лакомство зашло деревенским жителям, и работы у нас с Эдвиной прибавлялось с каждым проданным рожком.

На кухне в её доме мне уже было негде развернуться, и я всерьёз задумалась об обустройстве павильона в городе. Вот только мотаться туда-сюда не ближний свет, придётся оставаться ночевать прямо на месте.

Меня эта идея не радовала совершенно. Ведь Кристиан тут же прознает и попробует всеми правдами и неправдами заманить в своё поместье. А я не была готова к столь стремительному развитию наших отношений.

Я решила дать шанс дракону, вроде бы заслужил. Он не торопил меня, но периодически властные замашки проскальзывали, приходилось осаждать.

Конфетно-букетный период прекрасен тем, что в нём нет обязательств и тяжёлого груза совместной жизни. Да, формально мы с Кристианом состояли в браке, но в действительности почти не знали друг друга.

Ну и подумаешь — истинная пара. Это ведь не приговор и уж точно не значит, что я обязана покорно принять ситуацию и смириться с ролью жены.

Съехаться всегда успеем. А вот дать заднюю, когда слишком глубоко увязнешь в чувствах и чужих ожиданиях, бывает куда сложнее.

Дракон держался изо всех сил и учился уважать моё личное пространство, хотя мы оба понимали, как тяжело ему это давалось. Ради меня ему приходилось наступать на горло инстинктам и мириться с моими взглядами, привычками и упрямым желанием всё решать самой.

Он правда старался. И наблюдать за этим почему-то доставляло мне удовольствие. Злорадствую? Я что ли? Не-е-е-е.

Внутренняя борьба читалась в его глазах, сквозила в едва заметной напряжённости плеч и проступала тенями на лице, выражение которого он так тщательно держал под контролем.

Но он думал, что я не замечаю. Наивный чешуйчатый.

Следующие недели слились в один бесконечный круговорот дел. По утрам я помогала Эдвине по хозяйству, в очередной раз убеждаясь, что сельская жизнь подозрительно переоценена романтиками.

В перерывах мы готовили мороженое для лавки. А стоило выдаться свободному дню, как я ехала в город. Павильон сам себя не откроет.

Пришлось возвращаться к мадам Кларк. Вина перед Адрианой до сих пор тяготила её, потому встретила она меня тепло и с энтузиазмом. Без лишних вопросов выслушала, чего я хочу, а после с деловой хваткой взялась помогать.

Искала поставщиков. Договаривалась о печах, холодильных шкафах, формах, посуде и прочих радостях, без которых мечта о павильоне не реализовалась бы.

Чаще всего торговалась сама, но иногда сводила меня с нужными людьми. Я втягивалась в процесс, училась считать расходы и не теряться среди новых лиц.

А Кристиан…

Кристиан не стоял над душой, не раздавал указаний и не лез с нравоучениями. Но незримо присутствовал, страховал каждый шаг и поддерживал.

Счета оказывались оплачены раньше, чем я успевала о них начать переживать. Нужные люди внезапно шли навстречу, поставки не задерживались, а мастера приезжали вовремя и выполняли работу в назначенный срок.

Можно было, конечно, прикинуться наивной дурочкой и поверить в чудеса. Но я слишком хорошо знала одного дракона.

За хлопотами я всё чаще ловила себя на мыслях о Крисе. Как-то незаметно для себя самой свыклась с его присутствием в моей жизни. И краснела, вспоминая его руки….

Нет, он их не распускал — надо отдать дракону должное. Но невзначай мог дотронуться и вызвать лавину с трудом контролируемых эмоций. Забавно, но огреть его чем-то тяжёлым больше не хотелось.

А больше всего трогал его интерес к моему делу. Он с любопытством наблюдал за приготовлением мороженого, иногда принимал участие и задавал множество вопросов.

И в такие моменты глаза у него горели совсем как у мальчишки, попавшего в лавку со сладостями. Он преображался и становился ещё более красивым, открытым, беззаботным.

Оказывается, драконы — те ещё сладкоежки.