Белоснежный немного растерялся и некоторое время молчал. Когда он заговорил, то спросил лишь причину.

— Раз уж вы решились просить о помощи, смею заметить, что светлые соблюдают нейтралитет и не вмешиваются в жизни всего остального мира, — добавил он.

— Готовы ли вы помочь дочери Благого Двора, которую хотят сделать рабыней за ее способности?

— Все знают, что феи не живут в неволе, — непонимающе ответил воин.

— Вот именно! — воскликнул Кайл.

— Да и мы не темные, чтобы приносить в жертву своих детей, — сказал воин и замолчал. Затем белоснежный приподнял руку вверх и прочертил в воздухе магическую спираль, явно что-то колдуя, а спустя минуту заговорил снова. — Но я никак не возьму в толк, о какой светлой вы говорите: по моим данным за последнюю сотню лет ни одну дочь Благого Двора не похищали.

Кайл подтолкнул меня рукой, чтобы я подошла поближе к воину, и сказал:

— Вот про нее.

— Позвольте, но это темная фея! — всплеснул руками воин и махнул рукой копейщикам, которые вмиг опустили копья. Видимо, наконец осознал, что мы не представляем угрозы. Затем он снял сияющий шлем и нашему взгляду предстал длинноволосый пепельный блондин с сияющими голубыми глазами и выдающимся орлиным носом. Указав на свое лицо ладонью, он добавил. — Примерно вот так выглядят представители нашего рода. Светлые бывают смуглокожи, рыжеволосы, но никогда не рождаются со столь темными волосами и глазами. Лишь в королевском доме Рианнон есть темноглазые и темноволосые феи, но мы бы точно знали о новой крови. Как-никак уже больше сотни лет ждем пополнения!

Я задумалась и даже немного растерялась.

— То есть, вы утверждаете, что следите за каждой светлой феей по всему миру? — неуверенно уточнила я. — И даже на другом материке в случае чего можете точно сказать, сколько у феи детей и какой они расы?

— Конечно! — всплеснул руками блондин. — Мы все одна большая семья! Все ратуем друг за друга, лоббируем интересы родов и помогаем собратьям в случае неудач.

Искреннее удивление и возмущение на лице воина подтверждали правдивость его слов. А я немного растерялась и даже разозлилась… Потому что у темных жизнь была похожа скорее на выживание в гадюшнике, чем на «одну большую семью».

— Я слишком с вами откровенен, — мрачно заметил блондин, снял белоснежную металлическую перчатку, потом тканевую ей в тон, которой протер ладонью вспотевший лоб.

— Что ж, спешу вас обрадовать, или может быть разочаровать, одну фею вы все же пропустили. — показательно жизнерадостно заявила я и улыбнулась во все зубы, хотя наверняка улыбка больше походила на звериный оскал. — Да… И почему это вы считаете, что я не могу относиться к роду Рианнон?

Мои слова по меньшей мере должны были разозлить блондина, если не взбесить. Тем не менее он смотрел на меня все тем же скучающим взглядом.

— Я не должен отвечать на столь провокационный вопрос ввиду его секретности, — тихо заговорил он. А потом не предупреждая вдруг обрушил на меня поток флера. — Расскажи, дитя: кто ты и откуда?

Я ощутила колоссальное давление, словно только что на мои плечи взвалили огромную гранитную плиту. Сам по себе флер у светлых и темных имел одинаковые характеристики и свойства, как говорилось во всех старинных фолиантах. Но после раскола Великого Фейского Дома на Благой и Неблагой, наши магии, кажется, получили разные полярности. Темные наполнялись жизненной силой в холодные поры года, светлые — в теплые. Лишь одна существенная разница была: если флер темных подчинял и подавлял, в конечном итоге меняя восприятие объекта. То флер светлых будто ласковым шепотом говорил о любви, спокойствии, счастье, уговаривал верить и доверять.

Сейчас я всем телом ощущала тот сладкий ласковый уговор рассказать все о себе, и не скрою, я почти заговорила.6ce853

Вот только в какой-то момент внутри меня будто что-то щелкнуло, а затем во мне поднялась ужасающе мощная волна протеста. Я пришла в ярость.

— Нет! — резко выпалила я. Как только слово было произнесено, поток светлого флера вмиг прекратился, словно перекрыли кран с водой. Все вокруг задрожало, земля потрескалась, а в следующее же мгновение всех вокруг отбросило мощной магической волной, исходящей от меня. Хорошо, что копейщики убрали копья, а то без жертв не обошлось бы.

— Так дела не делаются, — хмуро заключила я и покачнулась. В носу стало как-то слишком влажно, а во рту ощущался резкий привкус металла. Затем вокруг потемнело и я потеряла сознание.

Пришла в себя я в незнакомом месте так же резко, я и отключилась.

Я просто вдруг открыла глаза и села.

Осмотревшись, увидела просторное светлое помещение с огромными панорамными окнами и травяной террасой прямо за ними. Второй раз окинув помещение взглядом, я заметила белоснежную постель с мягким одеялом и целую делегацию, восседающую вокруг меня на небольщих пуфиках. По меньше мере человек пять. Точнее, четверо фей и одного дракона.