— Вот, я же говорила? — переключила свое внимание на источник шума я. — Наверное, к нам забрался тот самый маньяк! И сейчас он нас обоих прибьет. А меня еще и расчленит до кучи.

Но детектив Фрост уже не слушал меня, он внаглую ушел. Просто исчез из коридора, и я не видела, куда именно он направился.

Все же темнота не мой конек…

Ситуация раздражала.

Я нащупала стену и взялась за нее рукой, как за ориентир, собираясь двигаться в сторону шума. Откуда-то — то ли из гостиной, то ли из кухни — раздавались звуки борьбы, что не сулило ничего хорошего. В какой-то момент я четко услышала, как испуганно вскрикнул Кайл. Затем что-то разбилось и зазвенело. Снова разбилось. Послышались звуки ударов, рев, словно дикая кошка укусила собственный хвост. У меня от волнения подскочил уровень адреналина в крови, и я неизвестно зачем ломанулась в сторону звуков. Ничего не видела, не могла нормально ориентироваться в пространстве, но всей душой желала помочь Кайлу. Ведь так бывает: обычно за себя так не переживаешь, как за другого. Наверное, это синдром спасителя? В любом случае, я была чистокровной феей, а значит, могла постоять за себя — точнее, постоять за себя с особой жестокостью. Я была зла. Истинно фейская ярость стремительно разливалась по телу, грозя вырваться наружу плотным потоком деструктивного флера. Такому флеру могли сопротивляться другие феи и еще костяные драконы. Первые имели иммунитет, вырабатывали его годами, а вторые носили печать смерти, которую флер не мог взломать.

Когда я уже готова была отпустить флер, по первому этажу вдруг один за другим вспыхнули магические светильники.

— Что, демон тебя побери, ты делаешь в моем доме? — раздался сердитый рык шефа из гостиной. Я сломя голову побежала на звук его голоса. Схватила увесистую металлическую статуэтку со стола в коридоре — какое-никакое оружие. Я ожидала увидеть кого угодно…

Но только не ее.

Не матушку собственной персоной.

Она, как кошка, распласталась в своей самой соблазнительной позе на пушистом ковре в гостиной. Призывно выгибая спину, моя почти-копия манила Кайла пальчиком, а вот он выглядел шокированным.

— Чтоб тебя, откуда она взялась тут?! — пожаловался шеф, глядя на меня. — На доме стоит серьезная защита, способная испепелить даже магистра магии!

Матушка при звуке слов детектива откинула голову назад и рассмеялась. Ее смех звонким колокольчиком разнесся по помещению, а у меня от него затряслись поджилки. Годами выработанный рефлекс, так сказать.

— Дорогуша, мне твои защиты, что покойнику припарки, — ласково проворковала матушка в ответ на слова Кайла. Она медленно поднялась с ковра и поправила свое черное коктейльное платьице, откинула длинные вьющиеся волосы на спину и внимательно посмотрела на меня. И снова заговорила. Вот только тон ее голоса изменился на привычный мне приказной и холодный. — Мари, живо собирай свои вещички, и чтобы через пять минут была в полной готовности выдвигаться домой!

Кайл выглядел ошарашенным.

— Позвольте, уважаемая, — вежливо и едва сдерживаясь, ответил вместо меня шеф. Его тон вмиг стал официальным и холодным, как погода за окном. — Вы кто такая и по какому праву проникли в мой дом?

— О, мальчик, а ты, оказывается, все же имеешь какое-никакое воспитание? Вспомнил про манеры? Впрочем, мы с тобой уже успели перейти на «ты», — насмешливо ответила моя смерть, в лице матушки.

— Всего лишь подумал, что одна из покинутых мною в прошлом распутных дам решила заявиться за наживой в моем лице, — пожал плечами шеф. — А вы, простите, кто такая будете? У меня не очень со слухом — бывает, приходится по несколько раз переспрашивать.

— Я — полноправная собственница вот этой замухрышки, — брезгливо сказала матушка и с ненавистью посмотрела на меня. — Пришла забрать то, что причитается мне.

Всю перепалку Кайла и моей родительницы я стояла, как истукан. Меня сковал дикий, животный страх, выработанный годами. Я действительно ее боялась, как ни пыталась это исправить. Слишком жестоки были ее наказания, слишком сурово было ее воспитание, и я слишком сильно любила ее, несмотря ни на что.

Тем не менее, год вдали от дома наложил свой отпечаток на меня. И, кажется, впервые в жизни я решилась дать отпор.

— Вселена, я свободна и имею право жить так, как хочу, — собравшись с силами, сказала я. В это время все мое нутро бунтовало. Ведь у темных фей строжайшая система иерархии вбивается едва ли не с рождения. И чем чистокровнее и породистее фея, тем выше ее статус и права. У меня же всегда было намного больше обязанностей, ведь мне не посчастливилось родиться от светлого, что само по себе являлось позором и темой для насмешек.

— Ты была свободна, пока тебя защищал дракон, — с гневом в голосе ответила матушка. — А теперь родовое древо восстановило связь, и выбора у тебя нет.