— Заслужил, — повторяю, переосмысливая услышанное.

Денис не был хорошим человеком. Мне хватило нескольких встреч, чтобы понять это. Не знаю, что он натворил, раз Власов лишил его жизни. Но преднамеренное убийство все равно остается преступлением, и произошедшее не укладывается у меня в голове. Как смотреть в глаза Ирен и молчать о том, что знаю убийцу? Даже если я закрою рот на замок и похороню этот секрет в своем сердце, девушка все равно может узнать Валериана, как только увидит мужчину рядом со мной. Все это слишком сложно для меня.

Мне не стоило сближаться с человеком, о семье которого всегда отзываются как о жестоких убийцах. Этому никогда не было прямых доказательств, но люди не переставали говорить. И я прекрасно знала, что они не святые. Но знать об этом и столкнуться самой — две совершенно разных ситуации.

— Виви... — Валериан подходит ко мне, когда я незаметно для себя начинаю ходить из стороны в сторону, и останавливает, поймав рукой за предплечье.

— Уходите, пожалуйста, — шепчу я, не смотря на него.

Мужчина обхватывает ладонями мое лицо и, наклонившись вперед, заставляет взглянуть ему в глаза.

— Вы действительно этого хотите? — вполголоса спрашивает он.

Не хочу. Я хочу обнять его. Хочу прижаться к твердой груди и забыть услышанное. Но не могу. Не сейчас.

— Да, — твердо отвечаю я.

Власов кивает и, коснувшись губами моей макушки, уходит. Как только дверь за ним закрывается, я иду в свою комнату и ложусь на кровать. Прикрыв глаза, чувствую, как мое сердце непослушно рвется к нему.

То, что сделал Валериан, неправильно. Часть меня понимает это и осознает. Но есть другая сторона, которой наплевать на произошедшее. Ей будет все равно, даже если этот мужчина прольет реки крови. Это пугает меня больше всего. Из-за чувств к нему грань между плохим и хорошим потихоньку начинает стираться. Во что я превращусь рядом с ним?

Загруженная мыслями о случившемся, я сворачиваюсь калачиком и представляю образ моего Призрака. Вспоминаю каждую нашу встречу, когда он оказывался рядом и помогал мне. По грудной клетке разливается тепло, а из горла вырывается всхлип. Все его поступки и слова мелькают перед глазами и разом бьют по сердцу.

— Как сложно, — шепчу себе под нос, разрываясь изнутри и не в силах принять решение.

Мне нужно время, чтобы успокоиться и все взвесить. Лучше выспаться и подумать обо всем этом завтра, когда эмоции поубавятся. И в ближайшие несколько дней не встречаться с Власовым. Уверена, если я попрошу мужчину не приходить в библиотеку, он не станет отказывать мне. Хотя не обязан этого делать. Но сделает... Из-за чувств ко мне. И еще неизвестно, на что пойду я из-за тех же самых чувств.

— Валериан. — Я крепко обнимаю подушку, в надежде почувствовать каплю его твердого тела. Не выходит.

Глава 18.

«…СМОТРЮ НА ДОЖДЬ. НА НЕБЕСА…»

Валериан

4 февраля. 9:44.

С появлением в моей жизни Вивиен я не помню ни одного утра, когда бы не чувствовал хоть что-то. В моей грудной клетке постоянно мелькало нечто незнакомое, первобытное и в конце концов прижилось там навсегда. Эмоцию, которую я ощущал, нельзя было назвать одним словом. Потому что его еще не придумали. Но я мог описать происходящее со мной фразой, засевшей в моих мыслях.

Грешное падение в высоту.

Виви — это мое грешное падение в высоту. Невозможно понять, но легко представить. Только представить.

Я как-то читал о падших ангелах, которые нашли пристанище в аду. Никогда не верил во все это. Но мне всегда было интересно, есть ли в том мире падшие демоны. Те, кого отправили в рай в наказание. Вознесенные за грехи свои. Сегодня я знаю ответ на этот вопрос. Есть. Такие демоны есть. Как и люди, встречающие на своем пути любовь в качестве пытки. Потому что это единственное проклятое чувство, у которого нет границ. Единственное чувство, несущее в себе яд и противоядие, рай и ад. И я с первой секунды заражен им.

Сейчас каждый день приносит мне ощущение, словно что-то внутри меня перестраивается. Где-то происходит обвал, а где-то зарождается нечто новое. Разрушение приводит к возрождению. Но что из этого выйдет, пока неясно.

— Что, если нас просто пытаются отвлечь? — доносится до меня голос Исаака, рассеивающий мысли о конфетке.

Мне приходится на некоторое время отвлечься от удручающих воспоминаний о вчерашнем вечере. О слезах, которые стояли в глазах девушки. Об её растерянности, когда чувства и разум в ней боролись. О цепких объятиях и аромату, приковавшим меня к ней ночью. И шепот… Сука! Шепот моей маленькой нимфы, когда она умоляла меня не уходить. Во сне… Во сне, черт возьми! Когда её глаза закрыты, и я не могу взглянуть в них.

— Не пытаются, — вдумчиво произносит Демьян. — Я уверен, что они заказали большую партию дронов. Проверь и другие города, которые находятся недалеко от Черного леса.

— А что с пропавшими людьми? — интересуется Рагнар. — Где они могут их держать?