— Я предупрежу безликих. Они поедут с вами, — говорит Демьян, услышав наш короткий диалог.

Максим слегка кивает ему, и начинает заполнять мою тарелку едой.

Я бросаю взгляд на Алана, когда он крадет из-под носа Исаака сэндвич, и улыбаюсь. Замечаю, как младший близнец поглядывает на пустующий стул. Кажется, это место Валериана. Меня начинает одолевать чувство вины.

Власовы скучают по Валериану, но из-за моего появления он больше не живет в замке. Наверное, если бы не дети, безопасность которых стоит на первом месте, я бы ушла. Просто, чтобы не разделять братьев. Потому что я часто вижу взгляды, брошенные на пустой стул, слегка отодвинутый назад. Словно здесь всегда ждут, когда Валериан придет и сядет за стол.

***

Валериан

В последнее время моим хобби стало смотреть на часы, считая минуты до наступления ночи. Чтобы слиться с темнотой и вновь увидеть Вивиен. Словно это единственная возможность выползти из собственной могилы, потому что все вокруг неожиданно превратилось в кладбище.

— Что делаешь? — спрашивает меня Оливия, поставив передо мной чашку кофе.

— Пытаюсь подготовиться к экзаменам. — Я бросаю на стол книгу, на которой не смог сосредоточиться. Через неделю у меня экзамены, а мне впервые плевать на это.

— Получается? — Женщина садится на кресло, давая понять, что мы, видимо, будем о чем-то разговаривать.

— Нет.

— Думаешь, не сдашь?

— Сдам. — В то время как мои братья занимались дистанционно, я только сдавал экзамены в конце года. И мне легко это удавалось, поэтому я не нуждался в обучении. — Я знаю ответы на все вопросы. Но освежить память не помешает.

— Я бы удивилась, если бы ты ответил иначе. — Оливия слегка улыбается. — Ты каждую ночь покидаешь замок. Ездишь к Вивиен? — Вот и основная тема разговора.

— Да. — Я беру в руки кружку кофе и делаю глоток.

— И она не знает о твоих визитах?

— Не знает.

Дьякова поджимает губы и откидывается на спинку кресла. Поворачивает голову то в одну сторону, то в другую, словно рассматривает спальню. Или просто думает над тем, что сказать.

— Ты считаешь, что это неправильно, — помогаю я ей.

— Честно? Да, — вздыхает женщина. — Будь я на месте Вивиен, то хотела бы знать о том, что любимый мужчина не сбежал от ответственности. Просто у него проблемы.

— Как только Виви узнает об этом, она возьмет на себя роль спасительницы. Будет тревожиться по любому поводу, — объясняю я. — Ей захочется помочь мне, но когда она поймет, что не сможет этого сделать, это станет для неё тяжелым бременем. Не останется сил на материнство. И знаешь, что самое страшное в этой ситуации, Оливия? Если наши дети родятся такими же, как я.

— В таком случае ей понадобится поддержка.

— У нее будет поддержка. Моя семья ей поможет. Максим не оставит её. Но я в картине этого мира лишний человек.

— Я согласна с тем, что твое состояние может доставить Вивиен неудобств. Согласна и с тем, что в будущем это, возможно, отрицательно скажется на детях. И ей будет больно, если они начнут спрашивать, почему папа их забыл.

— Однако есть «но», — догадываюсь я.

— Есть, — кивает Оливия. — Её мир никогда не будет полным без тебя. Точно так же, как и твой. Подумай об этом. Переживать боль вместе легче, чем порознь. Иначе ты бы не чах над книгами в этой комнате. Только посмотри на себя. Совсем исхудал за месяцы поисков. А за последнюю неделю стал еще бледнее. Мне все больше начинает казаться, что ты мертв.

— А я не чувствую себя живым, — равнодушно произношу я.

Человек, живущий в воображении, давно мертв. Но именно воображение дает возможность жить. Я дышу, пока вижу Вивиен. Она везде. Сидит рядом со мной, когда я завтракаю, и улыбается. Лежит в моей кровати, когда я ложусь спать. Сидит рядом со мной в автомобиле, поправляя свои очки. А я… Я будто угасаю. Таю, как восковая свеча.

***

Вивиен

— А зачем тебе пекарня, если ты и так работаешь у Власовых? — спрашиваю я, когда мы покидаем заведение, принадлежащее Максиму.

— Хобби. — Он заводит автомобиль и выезжает на дорогу. — Поедем в библиотеку?

— Да.

— Если хочешь, можем заехать в детский магазин, — предлагает мужчина. — Ты присмотришь кроватки для детей. Или еще что-нибудь.

— Можно. — Я накрываю ладонью живот и глажу его. Жаль, что не могу выбрать все с отцом своих детей.

— Есть что-то, что тебя беспокоит, Вивиен? — неожиданно спрашивает папа.

— Нет, — шепотом отвечаю я. — Что меня может беспокоить? Все в порядке.

— Так говорят люди, которым есть о чем переживать. — Максим пристально смотрит на дорогу, но появляется ощущение, словно он видит меня насквозь. — Но ты не обязана мне рассказывать.

Нам еще далеко до дочери и отца, которые делятся между собой секретами, своими переживаниями. Но почему-то мне хочется поделиться с ним всеми моими чувствами.

— Просто я думаю над тем, что Валериан совершенно не интересуется детьми, — признаюсь папе.