Парни обнимают по очереди Аурелию, Юсейру и братьев. По ним видно, что они очень сильно скучали по друг другу. Но среди них не хватает Валериана.

Когда внимание Власовых переключается на меня, мне хочется спрятаться. Я боюсь шагнуть им навстречу. Что, если не впишусь в их семью? Если Валериан ушел, потому что здесь появилась я, то они могут не возлюбить меня.

— Не переживай, — улыбаясь, говорит Максим, видимо, заметив мое напряжение. — Здесь ты будешь чувствовать себя как дома.

Я слегка расслабляюсь, но напряжение возвращается, как только к нам подходит Префект. Он внимательно смотрит на меня, но выражение его лица невозможно прочитать. Словно мужчина еще не решил, как встретить гостью.

— Здравствуй, Вивиен, — вежливо здоровается Демьян.

— Здравствуйте, — прочистив горло, отвечаю я.

На его губах появляется улыбка, и они с Максимом переглядываются.

— Даже не думай подшучивать над ней, — грозно, но в тоже время с некой дружественностью в голосе говорит Максим.

— Возможно, только немного. Из ревности. — Демьян подмигивает мне. — Я привык, что он все свое время уделяет мне. Хотя иногда это надоедает. Может быть, благодаря тебе этот тиран ослабит контроль надо мной.

— Размечтался. Как-нибудь в следующей жизни. И то не обещаю.

— Жаль. — Префект наиграно тяжело вздыхает. Похоже, у этих двоих весьма близкие отношения.

— Макс, скажи, что ты не забыл приготовить мои любимые блюда! — кричит Исаак, все еще щекоча Самаэля.

— Как о таком забудешь? Ты мне пятьсот сообщений написал, пока ехал. И я не преувеличиваю. Там было ровно пятьсот, — ворчит Максим.

— Видишь, как я тебя люблю.

— Так я тебе и поверил, — фыркает мужчина, обнимая меня за плечи.

Когда во дворе замка начинаются споры, я расслабляюсь. Эта обстановка тепло отзывается в груди. Мне становится уютно среди Власовых. Особенно с женами братьев, которые спустя несколько минут тянут меня внутрь и осыпают вопросами.

— Мальчики или девочки? — спрашивает Юсейра, разглядывая мой живот.

— Мальчик и девочка, — улыбаясь, отвечаю я.

— Счет все еще в пользу мальчиков. — Аурелия накрывает свой живот.

— У вас мальчики? — интересуюсь я.

— У тебя, — поправляет меня девушка. — Девочки. Близняшки. — Её взгляд падает на Юсейру. — Кому-то надо сравнять счет.

— Даже не смотри в мою сторону. — Юсейра щурится. — Мне своих пока хватает.

— А я ни на что не намекала. — Аурелия выпускает смешок, и меня тянут в сторону столовой. — Нам надо подкрепиться. У нас много дел.

— Каких дел? — непонимающе спрашиваю я.

— Весьма интересных. — Девушка лукаво улыбается, словно я попала в её плен, из которого не выбраться. Хотя я не уверена, что это не так.

Часть 3. Глава 41.

«МЫ ГОВОРИМ, ЧТО ВРЕМЯ ЛЕЧИТ...»

Валериан

21 июля. 01:37.

Я считал себя сильным человеком. Не в физическом плане. Всегда есть вероятность, что найдется кто-то, кто сможет победить меня на ринге. Но что касается эмоционального состояния — в этом мне не было равных. Постоянно равнодушный, расчетливый и… мертвый. Так лучше думается.

Сейчас все иначе. Есть эмоции, и они управляют мной. Берут вверх над разумом, логикой и принципами. Каждое решение разбивается в прах о чувства. Мной командует любовь. Она привела меня в замок. Она привела меня к девушке, от которой я хотел держаться подальше.

Сидя в комнате Виви и наблюдая за тем, как она спит, я начинаю злиться. С первого дня её появления в замке я, как умалишенный, мчусь к ней ночью и бесшумно пробираюсь в спальню. Вновь и вновь разглядываю конфетку, словно узнаю заново. Знакомлюсь с той, что уже давно стала неотъемлемой частью меня.

Попытки избавиться от привычки следить за ней не увенчались успехом. Чтение книг никак не отвлекало. А просьба приковать меня цепями и не выпускать из дома не понравилась Алексею. Или он испугался, что может огорчить Оливию, и их временное перемирие подойдет к концу. На его месте я бы тоже этого боялся. Женщина и так ждет от него малейшей ошибки.

Размеренное дыхание Вивиен пробуждает желание разбудить её. Но я борюсь. Напоминаю себе о том, что моя женщина беременна, и я должен держаться от неё подальше. Даже мое нахождение в её спальне — это риск и единственный способ сохранить остатки терпения. Мне повезло, что у Виви крепкий сон, и вероятность того, что она проснется, слишком мала. Возможно, равна нулю.

За время нашей разлуки в ней ничего не изменилось. Если не считать одного нюанса. Теперь она почему-то спит в пижаме. Хотя дверь в её комнату была заперта на ключ. Я бы решил, что ей холодно. Но, судя по скинутому одеялу, это не так. Либо девушка боится, что кто-то войдет в её спальню. Либо дело в чем-то другом.

Пижама Виви слишком закрыта. Все пуговицы застегнуты. Похоже на то, что она прячет свое тело. Даже днем носит невзрачную одежду и кардиганы. Никаких ярких цветов. Конфетка больше не напоминает радугу. Она превратилась в тучку.