В гостиный зал вернулись Шеккер и Сенеко. А за ними вошел Мухин. Возникло какое-то трагическое напряжение, вызванное их молчаливым, почти торжественным появлением. Матвей, не выказывая лишних эмоций, лишь краем глаза наблюдал за троицей. Он уловил особое выражение на лице Шеккера — холодное, немного высокомерное, с оттенком удовлетворения тем, что он здесь важная персона, имеющая влияние на всех. Мухин, увидев Карелина, напротив, оживился и, подойдя, кивнул в знак приветствия, а затем тихо сообщил:

— Бензин снова задерживается в пути. У меня подозрения, что не обошлось без тех же проблем, что и раньше. Как бы не случилось еще одного пожара, как на складе в прошлый раз, — нахмурился он. — Александр Александрович не слушает меня, считает, что дело закрыто.

Тут его восторженно перебил Тюфяев:

— Ох, Сергей Львович, какое приключение мы с вами пережили! Позволите мне рассказать? — И, не дожидаясь ответа Мухина, продолжил: — Представьте, господа: гонщики оказались без бензина, и знаете, что я предложил? Поискать его в аптеке! Ведь бензин в основном используют для медицинских нужд — для очищения и дезинфекции инструментов. Об автомобилях и не слышали. И правда, аптекарь достал весь запас, что у него был, и отдал князю!

Мухин сдержанно кивнул, одарив Тюфяева холодным взглядом:

— Благодарю за вашу помощь. В этой ситуации — находка не из легких.

Кениг, наблюдая за вновь прибывшими, с улыбкой заметил:

— Позволю себе заметить, что про медицинское назначение бензина все же вспомнил сначала я, а потом и вы подхватили, Федор Игнатович. Но это мелочи, ведь автомобиль снова на ходу. А почему бы князю и его экипажу не присоединиться к нам? — обратился он к Мухину. — Мы, конечно, уже успели обсудить ралли и сыграть в бильярд, но ведь вечер только начался.

— Увы, — Мухин покачал головой, — завтра на рассвете гонщики отправляются в Мысовую и должны быть готовы к отъезду, а потому они просят извинения за свое отсутствие.

Матвей выскользнул из гостиной и направился к управляющему гостиницей. Он был рад, что Мухин, похоже, разделяет его сомнения по поводу столь скорого закрытия дела. Пожар, при всех совокупных доводах о его случайности, требовал дальнейшего расследования. Эту мысль подкрепляло и то, что Аглая упомянула странное появление Като — тот не должен был быть здесь и не сопровождал караван Бушмакова. Даже не слышал о планирующейся поездке. А чтобы появиться здесь в одно время с ним, должен был выехать одновременно или даже раньше.

Карелин негромко спросил Николая Егоровича, перекладывавшего ключи за стойкой:

— Скажите, господин Като не останавливался здесь?

Батков, удивленный вопросом, отрицательно покачал головой.

— Нет, сударь, господин Като квартирует на улице Покровской, — ответил он. — Почти всегда там. Спокойное место и удобно для дела.

Матвей коротко поблагодарил и, надев форменную куртку наизнанку, направился на указанную улицу. Дойдя до нужного дома, он остановился на другой стороне, устроившись в тени высокого забора. Ждать пришлось недолго — вскоре в подъезд вошел Като. Карелин заметил повязку на его руке — точно в том месте, куда он ранил главаря шайки, напавшей на караван.

Матвей задумался. Ему хотелось бы остаться и продолжить наблюдение, но время было уже позднее, и он сильно устал после бессонной ночи. Он еще колебался, когда вдруг дверь снова открылась, и Като вышел на улицу. Теперь он был одет совершенно по-другому — в незаметную рабочую одежду: на нем были темная рубаха с закатанными рукавами и штаны из грубой ткани, на голове — старая кепка, натянутая на лоб.

Времени на раздумья не было, и Матвей отправился за японцем. Он шел осторожно, стараясь не привлекать внимания, прячась за столбами и прохожими, и внимательно наблюдал за каждым движением Като, который совсем не спешил. Японец остановился у расписания поездов, склонился к доске, изучая время отправления. Карелин, не теряя его из виду, встал немного поодаль и, скрестив руки на груди, притворился равнодушным прохожим.

Затем Като направился в трактир, где, видимо, общался с кем-то из знакомых. Когда он вышел, Карелин вновь последовал за ним.

На перроне Като вдруг свернул к поездам, и Матвей ускорил шаги, стараясь не отстать. Он заметил, как Като осмотрелся, затем, удостоверившись, что никто его не видит, залез в товарный состав, который готовился к отправлению в сторону Мысовой.

Матвей остановился на мгновение, ощущая, как внутри него нарастает волнение. Он был решительно настроен выяснить, что задумал этот человек, и вскочил на платформу соседнего вагона.

Глава 8

Итальянский экипаж, стремительно движущийся к Мысовой, внезапно наткнулся на препятствие. Дорога перед ним исчезла, растворилась в грязи, траве и сухих ветках. «Итала» остановилась на разъезде между Мысовой и Танхоем, и команда, собравшись вокруг нее, принялась обсуждать ситуацию.