«Да ну я же не зверь какой! Помогу бесплатно с превеликим удовольствием! У тебя ручки-то, ножки на месте?»

– Да. Только ожог.

«Ерунда. Приезжай – все исправим».

Я покрутил в руках уже успевший нагреться горошек.

– Опять некому нянчить младенца?

Лестер расхохотался так, что где-то вдалеке зазвенели стекла, хотя ближайший дом стоял от меня метрах в десяти.

«Приезжай, и сам все увидишь», – загадочно ответил он и исчез из моего сознания.

Держась за спинку скамейки и чувствуя себя трехсотлетней развалиной, я поднялся.

* * *

На этот раз Лестер встретил меня без младенца, но в голубом камзоле, будто прямиком с театральных подмостков. Вид у него был подозрительно торжественный.

– Заходи, пуговка. Какой-то ты грустный. – Лестер скользнул взглядом по тому месту на груди, откуда расходились волны тупой боли.

– Зато ты, я смотрю, бодр и весел, – мрачно ответил я.

Он довольно хихикнул. Я разулся, не нагибаясь, и с трудом снял куртку. При попытке повесить ее на вешалку кожу на груди прострелило.

– Потому что нас ожидает представление. – Лестер небрежным взмахом руки повесил мою куртку на крючок. – Где болит, бедолажечка?

Я указал туда, где полыхал ожог.

– Ты смотри, ничего не меняется у этой дамочки… – пробормотал Лестер усмехаясь. – Ты хочешь, чтобы я представил, что она тебя не мучила?

– Что там нет раны. – Я двинул плечом и поморщился. – Пожалуйста. Если тебе не сложно.

Снова загадочно улыбнувшись, Лестер поднес ладонь к губам и дунул в мою сторону. Боль отступила.

– Лучше, пуговка?

– Вроде… – Я ощупал себя. – Спасибо.

Лестер смотрел куда-то мимо меня, и я повернул голову. Полумрак коридора обнимал фигурку худенькой девочки в голубом платье принцессы.

Опять он за свое.

– Ты все никак не успокоишься, я смотрю.

Лестер пожал плечами. Его улыбочка начинала действовать мне на нервы, но уйти я не мог. Услуга за услугу.

– Что делать? – спросил я, невольно оглядываясь в поисках младенца.

– Просто иди со мной, – ласково позвал Лестер. – Анечка, красавица моя, пойдем. Ножками топ-топ.

– Дядя Лестер, а мороженое… – громко прошептала девочка.

– Да вот же оно, у тебя в ручке. Ешь скорее, а то растает. – Лестер щелкнул пальцами, и в ладонях Анечки материализовался рожок того же небесного цвета, что и платье.

Я побрел следом в уже знакомую комнату с огромным расписным ковром и старомодным диваном. На нем в ряд сидели несколько детей. Я пригляделся. Дети вроде были новые. Интересно, куда он дел предыдущих?

Девочка в голубом платьице отличалась от той, что пыталась кровью из пальца оживить мертвую птицу: та была блондинка, а эта – темноволосая и кудрявая. Мальчики были взрослее предыдущих, один напоминал подростка – долговязый и худой, с настороженным прищуром. Второй, пониже и более щуплый, со смешным вихрящимся чубчиком, что-то тихо спросил у старшего. Тот кивнул.

В темном углу под балдахином стояла высокая старинная кроватка. Я не стал в нее заглядывать, сразу прошел в освещенный центр комнаты – и чуть не споткнулся: под ногами у меня лежала женщина с серым лицом и закрытыми глазами. Она была в вязаном свитере со сложенными на груди руками и походила на…

– У тебя труп посреди комнаты? – спросил я, почему-то не особо удивившись.

– Ш-ш-ш, – Лестер пригрозил мне пальцем, оглядываясь на детей. – Это часть сна.

– Сна?

– Certamente[2]… Все, что вы видите, просто сон. – Лестер взмахнул рукавом своего серебристо-голубого камзола, и вместо стен квартиры возникла зеленая водная гладь. Над ней возвышались красные, бурые и желтые домики на сваях, а над пустынной мостовой вставало утреннее солнце.

Напоминало обои для рабочего стола, которые кто-то решил натянуть на реальность.

Старший мальчик осторожно потрогал воду пальцем. Я хотел последовать его примеру, но вспомнил, как пару лет назад пытался накрыть танцевальный зал выкачанной из Лестера энергией. Мне хотелось, чтобы Вера поверила, что находится в комнате без окон и дверей… Но зал от этого не перестал быть залом.

Я спокойно прошел к месту, где, по моим воспоминаниям, в прошлый раз было кресло, и на ощупь в него опустился.

Девочка в голубом платье, забыв о мороженом, хлопала ладонями по ненастоящей воде – а на самом деле по дивану. Мальчики настороженно оглядывались.

– Вы привели нас сюда убивать? – спросил тот, что с чубчиком.

– Конечно нет! – картинно возразил Лестер.

– Да ты идиот, что ли? – взорвался тот, что постарше. – Вот он уже нашу воспиталку уделал.

Женщина посередине комнаты никуда не делась – была такая же неподвижная и страшная.

Лестер издал возмущенный звук, чем-то напоминающий орлиный клекот.

– Как тебе такое пришло в голову, Илюша!

Я с тоской подумал, что мог бы сейчас гулять с Джеком. Или организовывать свидание для Нины. А еще надо отменить все тренировки…