— А болтушки-фрейлины кривят свои носы, словно другие люди — не аристократы, а грязь под их ногами. Это так противно.

Меня покрепче обняли.

— Дай мне разобраться с бандами — и тогда погуляем. Сейчас опасно, да и начнутся дожди.

— Я переживаю, что ты простудишься.

Он так нежно улыбнулся и поцеловал в губы.

— Я так тебя люблю, моя княжна.

На следующий день супруг уже был в делах. Родители смотрели на нас с улыбкой и каким-то пониманием. Днём Михаил связался с дядей:

— Мы тут в деревне. Аню просят — нужна целительская помощь. Сможешь собрать солдат и приехать?

— Если ты ещё скажешь сразу, что стряслось, мы сможем подготовиться.

— Сейчас спрошу. Эй, тётка Клава, чем болеют? — слышно было, как дождь шумит на улице.

Жена старосты вышла в сени к княжичу.

— Так простыли многие — в основном старики и дети, которых домой даже розгами не загонишь. И одна рожает уже сутки. Ну, так, по мелочи — у стариков кости крутит, на такое безобразие.

Ехать пришлось верхом. Я застегнула плащ и села так, чтобы ноги были закрыты даже во время езды. Первым делом отправились к рожавшей. Глен едва не пинком выгнал повитуху. Потом сделал внешний разворот ребёнка, и женщина спокойно родила. Оставили ей травы, какие нужно пропить, и, дав инструкции ей и родным, пошли помогать детям.

В мой домик меня не пустили. Местные сказали:

— Там сейчас опасно. Одно — это бандиты, но ещё и волки возле вашего дома поселились.

— Охрана, — хмыкнул Глен. — Не переживай, Анна, ставни уже поставили на дом.

— Да никто и не тронет дом травницы, — сказал деревенский старик, у которого заваривали травы. — Кто ж потом помогать будет?

— Мало ли лиходеев.

— Так-то бандюганы, а местные себе во вред делать не будут.

Я хоть выдохнула с такой поездкой. Заодно — хорошая возможность отдохнуть от фрейлин. Вечером муж подошёл к своему дяде с просьбой:

— Пригласи Аню поработать с тобой в лаборатории, чтобы она не рвалась так в деревню.

— Сама она не может подойти?

— Знаешь, что она сказала?

— Удиви.

— Это его территория. Не буду я туда лезть — бесить.

— Я вроде повода не давал, — сказал задумчиво целитель. — Возможно, старая травница, что её учила, чего-то наговорила.

Предложение поработать в лаборатории Глен озвучил за завтраком. Его брат с женой немного удивились, но по довольному виду старшего сына всё поняли. Моё лицо выражало удивление.

— Какой твой ответ?

— Аня, соглашайся, — сказал муж. — В деревню пока не пущу.

— Спасибо, буду.

Фрейлины пытались повозмущаться — быть наедине с тремя мужчинами. Я предложила просто посидеть молча в лаборатории. Глен разрешил присутствовать только двоим. Я выбрала Маю, а Элиз сама себя выбрала. Младшая либо читала, либо вышивала. А старшая фрейлина пыталась ходить и смотреть.

— Села на стул в углу, — рыкнул Глен. — Иначе ожогами дело не закончится.

Мигом смоталась на стул.

У меня был личный стол для работы, котелок на горелке и мои бутылочки для зелий. Глен перед началом работы положил передо мной список — что и в каком объёме приготовить. Для работы мне выдали фартук, но я ещё сходила, надела платье попроще и почти без объёма. Почти всё время ощущала на себе взгляды помощников Глена — двух молодых парней, судя по сходству, братьев. В какой-то момент целителю надоели их гляделки, и он обоим выдал леща. Молча, без комментариев — но пялиться на меня перестали.

— Как день прошёл, душа моя? — спросил муж, нежно обнимая и покрывая поцелуями моё лицо.

— Лучше, чем обычно. Продуктивно. Хоть какая-то польза.

В этот момент он замер, осмысливая мои слова. Я сама потянулась за поцелуем. Ощущала себя кошкой, которая тянется за лаской и любовью к тому, кто готов её дарить.

Весь последующий месяц я работала с зельями у Глена в лаборатории. Он выдавал мне список, что нужно приготовить, и артефакт, который очищал воздух, которым я дышу. Мая каждый день сидела с нами, а остальные фрейлины по очереди сменялись — иногда даже в течение дня.

— О, а ты, оказывается, читаешь книги по магии, — удивился Глен, проходя мимо Майи в очередной раз. — Я думал, мне показалось. К чему-то готовишься?

— Батюшка разрешил попробовать поступить в академию. Если я сдам экзамены, он оплатит обучение.

— И на кого пойдёшь учиться? — спросил он мягко.

— Я ещё не выбрала — или на артефактора, или на зельевара.

— Лучше заранее определись. Тогда по зельям мы с Анной сможем поделиться книгами.