– Давай, – говорит. – Объясни. Куда ты мою дочь тянешь? Совсем страх потерял? Думаешь, твой папаша тебя прикроет?

– Богдан, – голос Царькова звенит от ярости. – Не хочешь ничего объяснить? Давно ты общаешься с Эллой? И сколько вообще у тебя девушек?

Если бы я могла провалиться под землю.

Нет.

Вот бы просто исчезнуть.

Хочу вырвать ладонь из пальцев Грома, но он не позволяет.

Смотрю на него. Пусти. Убери от меня свои руки. Сейчас же!..

– У меня одна девушка, – твердо говорит он. – Александра.

Элла вздрагивает так, будто получает удар. А я вдруг вспоминаю, откуда знаю ее. Это же та самая девчонка. С ней Гром “отжигал”. На тех фотках, на сторис.

Это она.

И он опять все отрицает?!..

43

– Интересно, – мрачно протягивает отец девушки. – Значит, девушка у тебя одна. А моей дочке голову морочишь. Хорошо же ты своего сына воспитал. Ох как хорошо. Только вашей семейке это все боком выйдет. Обещаю.

Он недобро усмехается, глядя на Царькова.

– Это все недоразумение, – вдруг замечает его жена, впервые за долгое время подает голос, и выдавливает вымученную улыбку. – Да, Богдан?

Гром молчит.

Лишь еще крепче сжимает мою руку. А мне противно до чертиков. От всего этого. От осознания того, как парень всем девчонкам вокруг морочит голову. И может, эта девушка у него не одна. Кто знает, сколько их?

И когда он пропадал из универа после нашей ссоры. Тогда тоже непонятно чем занимался.

Чувствую себя в западне.

А ведь все только начинается.

– Да какое к чертям недоразумение? – рявкает бизнес-партнер Царькова.

– Извини, Петр, возможно я не слишком правильно подобрала выражение, но…

– Этот сопляк из моей девочки веревки вьет. На нервах ей играет. Ночами напролет болтают по телефону. Он ее так в оборот взял, что она уже ни меня, ни мать не слушает. Только и бредит про вашего… Богдана.

– Объясни, что происходит, – чеканит Царьков, глядя на Грома.

– Да что тут объяснять? – еще сильнее заводится Петр. – Они и сегодня болтали весь день, и вчера. Она вообще уже от своего мобильного не отлипает. Этот ваш мелкий уродец ей всю душу вымотал. Запрещается из дома выходить, общаться с ее друзьями. Только что чуть не по его – так сразу скандал закатывает.

– Пап, прекрати, – бормочет Элла.

– Ну нет, – отрезает. – Мы сегодня все выясним. Что это за дела? И какая еще к дьяволу свадьба?! Оба молодые. Без мозгов. О чем вообще речь идет?

Что-то в его словах цепляет.

Долгие разговоры по телефону. Сегодня. Вчера.

Когда бы Гром все это успел, если почти не отходил от меня? Не отпускал никуда. Нет, конечно, он мог бы звонить, когда я спала, но все же…

Ловлю себя на том, что мне очень трудно представить, как Гром общается по телефону часами. Ночи напролет.

Это все просто… ну не его. Не в характере парня.

Странная ситуация.

– Я не предлагал Элле выйти за меня замуж, – твердо произносит Богдан. – Я вообще никогда с ней по телефону не общался.

– Ну ты и врун! – бросает Петр. – Весь в отца.

– Зачем мне врать о таком?

– А черт тебя разберет.

– Богдан, – всхлипывает девушка. – Зачем ты так?

– Как? – хмуро бросает он. – Мы с тобой не общались. Впервые тебя вижу после вечеринки.

Девушка достает телефон. Начинает открывать разные приложения. Ее пальцы мелко подрагивают. По щекам бегут слезы.

И мое сердце болезненно сжимается.

Теперь точно запутываюсь.

Как же так?

Богдан мрачный. Иногда грубый. Закрытый. И может пустить кулаки в ход, если выясняет отношения с другими парнями.

Но обманывать девушку. Еще и настолько цинично. Все решительно отрицать, как он делает сейчас. Это просто не укладывается в голове.

Бывают, конечно, легкомысленные парни. Встречаются со всеми подряд. Но здесь явно другой случай.

Только… какой?

Нет. Ничего не понимаю.

– Вот, сам посмотри, – бормочет Элла, открывая журнал вызовов. – Твои звонки. Я сейчас только с тобой и общаюсь. Ты же против моих подружек.

– Да что ты ему объясняешь, – рявкает ее отец. – Стелишься перед этим подонком. А он дурака валяет. Делает вид, будто не понимает. Все он понимает! Ты с ним целое утро проболтала, пока вы свой дебильный побег продумывали.

И опять цепляюсь за несостыковку.