Вот почему Богдан не появился раньше. Попросту не имел физической возможности.

А ведь я говорила ему, что хочу, чтобы он навсегда исчез из моей жизни.

Слова того далекого разговора отбиваются в голове будто раскаты грозы.

Зажимаю рот ладонью. Прикрываю глаза.

Богдан мог погибнуть, а я бы так и не узнала правду.

46

– Богдан, пожалуйста, скажи что-нибудь, – опять бормочет Элла.

– Сядь! – одергивает ее отец.

Видимо, девушка поднимается, пытается подойти ближе к Грому. Но это все моментально пресекается.

– Богдан, – всхлипывает Элла.

– Что я должен сказать? – вдруг говорит Гром.

– Правду, – шепчет девушка. – Неужели ты совсем не любишь меня?

– Правду я уже говорил. Не раз. Но эта правда тебе не нравится.

– Богдан… ладно, может быть, с разговорами все не совсем так. Может быть, Дина и правда в чем-то тебе немного помогала. Подсказывала, что правильно написать. Не знаю. Но наша с тобой встреча. Перед тем, как ты попал в больницу. Неужели ты не помнишь?

– Нет, – отрезает Гром.

– Не верю, – бормочет. – Так не бывает. Ты был таким нежным тем вечером. Так меня обнимал тогда.

– Между нами ничего не было, Элла. Никогда. Это единственное, в чем я сейчас абсолютно точно уверен.

– Но Богдан… – всхлипывает. – Как? Я танцевала. А ты смотрел. Потом я села к тебе на колени. Обняла тебя. А ты не оттолкнул. Ты ничего не сказал, но…

– Да я в тот момент своего имени не назвал бы, – бросает Гром. – Меня неизвестно чем накачали.

Элла продолжает что-то беззвучно бормотать. Будто надеется найти хотя бы какую-то соломинку.

А я понимаю про какой вечер речь.

Тот самый вечер. Когда телефон Богдана был отключен. Теперь нет сомнений, кто за этим стоит. Дина. Она все устроила.

– Богдан, не молчи, – хнычет Элла. – Пожалуйста, скажи хоть что-нибудь.

– Ну как можно быть настолько жалкой?! – вдруг восклицает Дина, заставляя девушку моментально замолчать. – У тебя совсем гордости нет? Хотя кого я спрашиваю. Понятно давно, что ты просто ничтожество. Такая слабая. Бесполезная. Если бы не твой богатый папочка, кому бы ты вообще сдалась? Интересно, кто бы из твоих друзей с тобой общался, будь ты из самой обычной семьи? Кто бы лизал тебе зад? Уверена, всем было бы наплевать. Ты ничто. Пустое место. И такой как Богдан на тебя бы даже не глянул.

– Ах ты мелкая дрянь! – рычит Петр.

Слышится шум мебели. Будто мужчина вскакивает и направляется на Дину, но девушка только смеется.

– А что ты мне сделаешь? Ударишь? Поднимешь руку на девушку? Ну давай. Вперед. Что такое? Уже не хочется?

Петр останавливается. Наверное. Во всяком случае, больше не слышится никаких звуков.

Тишина. А после снова смех Дины. Издевательский. Такой, что мурашки разбегаются под кожей. От затылка к груди и обратно.

Холодно. Очень холодно и жутко от поведения этой психопатки. Она не боится ничего, даже не опасается. И явно не стыдится своих поступков. Наоборот, как будто даже гордится тем, как мастерски провернула циничный обман.

– Ну ладно, – бросает Дина со смешком. – Это была только моя затея. Богдан не замешан. Самая тяжелая часть – звонки. Мне все время приходилось как будто шептать в трубку. Пробовали так? Понизить голос, поработать над тоном. Даже репетировать пришлось. Было тяжело. Особенно если говорить не пару минут, а несколько часов. А мы с этой идиоткой общались очень много и долго. Каждый день созванивались. Она так липла, что и не отвяжешься. Навязчивая. Скользкая. Но первое время было забавно. Можно развлечься. А потом я пожалела, что с ней связалась. Она в меня вцепилась как пиявка. Или лучше сказать – она вцепилась в Богдана. Ну так она думала. После той вечеринки пыталась его найти. Доставала всех друзей и приятелей. Дуре было непонятно, почему парень вдруг пропал. Не звонит, не хочет с ней общаться. До нее же никак не доходило, что тот вечер я сама подстроила. Ну когда она у него на коленях терлась. Он тогда был в таком состоянии, что и правда ничего не соображал. Это я так постаралась. Помогла им… ну найти повод, чтобы сблизиться. На один вечер. Хотя даже поцелуев не было. Тут я перестаралась. Плохо рассчитала дозу. Богдан языком не ворочал тогда. Ему оказалось не до поцелуев. Вообще, не до чего. Но дурынде хватило и ерунды. Да, как после выяснилось, она бы любой подачке рада была. Просто посидеть рядом со своим “кумиром”, дышать тем же воздухом, что и он. Она давно Богдана приглядела, тайно сохла по нему. Вот я и решила немного им помочь. Дать толчок отношениям. Разве это плохо?