– Мы поговорили с ним, я рассказал ему про вас и объяснил ситуацию. Он успокоился и признался, что чувствует вину, что обошёлся с вами грубо. Максим ждёт вас в палате, чтобы поговорить.
– Он что-нибудь помнит? Помнит меня? Как познакомились? Как мы с ним время вместе проводили?
– Нет.
– То есть, сейчас он думает, что он… Максим.
– Верно.
– А когда Леонид…
– Не знаю, это происходит периодически во время нового приступа или травмирующего события. Он может посмотреть на фотографию Леонида и это спровоцирует у него «переход в другую реальность».
– Мне нужно к нему…
Я решительно поднимаюсь с кресла.
Хочу поддержать его. Он не виноват в том, что болен. Теперь всё становится на свои места, но некоторые вопросы по-прежнему остались без ответа.
Я шокирована.
Даже представить себе не могла, что могу столкнуться с подобным в реальной жизни. Я же думала, Леонид действительно подлец, который меня использовал и изменял осознанно!
А, оказалось, нет.
Далее, обстоятельства сложились таким образом, что о его проблемах никто не знал. Мне предстоит выяснить, как же так вышло. Ведь мы встречались несколько месяцев… А Вика где была?
Она скоро приедет сюда, мне придётся вступить с ней в диалог.
Но что же будет дальше? Как нам быть в такой сложной ситуации? Получается, они не развелись. Передумали?
У него дети. У меня ребёнок от него скоро родится. Как теперь быть?
Главное, помочь Максиму…
Опухоль. Головной мозг. Это серьёзно.
Поблагодарив врача, вышла из кабинета и направилась к Леониду…
Каждый шаг только усиливал нарастающее напряжение в груди, когда я приближалась к его палате.
Как пройдёт наша встреча теперь? И как мне его называть? Кто со мной будет? Максим или Леонид…
Столько вопросов, но ещё больше переживаний…
Собравшись с силами, я осторожно постучала и вошла.
Сразу его увидела. Лежал на кровати, молча, глядя в окно. Его лицо и глаза были наполнены печалью, в руке – иглы от катетеров, рядом издают звуки медицинские приборы.
При виде этой тягостной картины, в глазах защипало.
– Здравствуй… – растерянно прошептала. – Можно войти?
Он кивнул, держа на лице маску из холода. Я подошла ближе, взяла стул, села напротив кровати.
Первые несколько секунд мы молчали. Максим продолжать смотреть в окно, о чём-то думал, а я на него, покусывая губы.
Думаю, стоит называть его так, поскольку Леонид – его умерший брат, его больше нет… По факту, этот человек, который сейчас сидит передо мной, Максим Ольшанский.
Меня опять накрывает волной шока, как сложно принять такую безумную ситуацию и поверить, что мы не в кино попали.
Я хочу узнать, когда именно он заболел? Когда у него случились приступы и что их могло спровоцировать? И почему его вторая личность – это Леонид? Почему именно он?
– Как с-самочувствие…
Я боялась начинать разговор, вдруг опять набросится на меня? А ему нельзя сейчас срываться, это может быть опасно для его здоровья.
Оторвался от окна, повернув голову на меня.
– Оксана, прости меня. Демид Дмитриевич всё рассказал, я не знал…
Я сжала пальцы, тихо ответив:
– Никто не знал.
– Мне стыдно. Я повёл себя как ублюдок, когда ты пришла ко мне. Просто ещё на работе проблемы и разлады в семье, поэтому сорвался. Расскажи, как мы познакомились? Мы встречались? У нас были серьёзные отношения…
Он посмотрел немного ниже, на мой живот, сжал челюсти. Теперь его лицо наполнилось сожалением и раскаянием.
Я рассказала Максиму всё как есть, начиная с дня нашего знакомства, заканчивая днём, когда я вызвала скорую.
Мужчина слушал внимательно, пытался сосредоточится на моих словах, но я старалась сильно его не грузить. Мой голос звучал мягко. Наблюдая за ним, мне очень сильно захотелось его обнять…
Каково это, когда тебе вдруг говорят, что ты можешь в любой момент уйти из жизни?
– А что помнишь ты, до поездки?
– Я помню, как вышел из дома… До этого мы ещё с Викой поссорились. Настроение было паршивым. Фирма на грани развала, семья на грани развода, я забыл о годовщине брата, но не поехать не мог. Кажется… я кое-что вспомнил…
Максим вдруг застонал, обхватив ладонями голову, я резко бросилась к нему, не контролируя себя, и накрыла его руки своими.