– Теперь твоя очередь, – произнес он, когда я никак не отреагировала, и молчание затянулось.

Ему не было нужды уточнять, что именно он ждал, ведь я прекрасно понимала, что хочет услышать мою версию событий последних дней.

– Прости, что сомневалась в тебе, Ник. Просто я думала, что ты исчез, потому что подумал, что я тебе соврала. Ты ведь сделал вазэктомию, детей иметь не мог. Думала, решишь, что я хочу… повесить на тебя чужого… сына…

К концу мой голос утих, и я опустила глаза. Было стыдно смотреть бывшему мужу в глаза.

– Меня еще три года назад врач предупредила, что бывают единичные случаи, когда вазэктомия не помогает. Один на миллион, Марго. Чудо. Видимо, сама судьба толкает нас друг к другу, раз мы вошли в этот самый коридор чуда. И я этому безумно рад.

Ему даже не нужно было говорить мне о своем отношении к сыну. Он ясно дал понять, что не зол на меня. И этого мне было достаточно.

В его глазах я увидела тревожные сомнения, но относились они ко мне. Ник боялся, что его чувства были невзаимны.

– Ник… Ты не представляешь, как я была счастлива, когда три года назад узнала, что у меня останется частичка тебя. Мой Ванечка, – прошептала я, пытаясь дать ему понять силу своих чувств.

– Наш Ванечка, – поправил он меня и сделал несколько шагов в мою сторону.

Он остановился, когда до меня остался всего шаг.

Говорят, что каждый из людей должен пройти пять шагов навстречу другому, чтобы встретиться посередине. Ник же просил меня сделать всего один. Самый важный.

Я не колебалась ни минуту. Подняла на него взгляд и буквально врезалась в него, ударяясь о твердый торс.

– А теперь… познакомишь нас? – тихо спросил Ник, голос его стал тише и глуше, а в глазах впервые появилась неуверенность.

Он боялся, что сын воспримет его появление в штыки. А вот я… Я совершенно не представляла, какой будет реакция Вани.

Ник

– А теперь… познакомишь нас?

Впервые в жизни я чувствовал неуверенность, так что с надеждой смотрел на Марго. Даже когда заключал самые крупные сделки на несколько миллионов в валюте, не нервничал так сильно, как сейчас.

Я не соврал жене, когда сказал, что мне нужна была пауза, чтобы уложить в голове одну только мысль, что все эти годы у меня рос сын. И не абы какой, а от моей любимой женщины.

Я никогда не смел надеяться на такой исход, поэтому почти не спал всю ночь, а всё гадал, как оно так вышло, что целых три года я его не видел и не знал.

Я не винил жену за то, что она скрыла свое положение от меня в прошлом. Это я сглупил и подставился. Так глупо, что позволил ей уйти, так ничего и не объяснив, но я ее понимал. Она ведь считала, что это я ее предал. Переспал с этой змеей Евой.

Вместо этого я корил себя за то, что по собственной вине пропустил беременность Марго. Не застал рождение нашего ребенка. Не увидел его первых шагов и не услышал первого слова.

А теперь оцепенел, так как мне в голову вдруг ударила мысль, что он может воспринять меня в штыки. Я прекрасно видел, каким взглядом он смотрел на меня, когда подруга Марго его уводила. Я ему не понравился, так как он сразу почувствовал, что именно я был причиной плохого настроения матери.

Я чувствовал вину за то, что довел нашу жизнь до такой ситуации, ведь если бы в прошлом мы с женой всё прояснили, сейчас всего этого можно было бы избежать.

– Ты уверен, что сейчас самое время, Ник? – неуверенно спросила у меня Марго и посмотрела на меня растерянно.

В этот момент я понял, что уязвимость чувствовал сейчас не только я. И это дало мне толчок, чтобы взять себя в руки и принять ответственность за нашу семью.

– Как раз сейчас самое время, Марго. Идем, я хочу с ним познакомиться. Ты ему что-нибудь говорила обо мне?

Я подхватил “бывшую и будущую” жену за талию и повел в ту сторону, куда увела детей Вика. Ее имя я вспомнил с трудом, так как в бассейне хоть и видел, что она подкатывала ко мне, не старался с ней любезничать. Она меня ни в каком виде не интересовала.

По правде говоря, все эти три года женщины меня не привлекали. Конечно, монахом я не был, но они для меня ничего не значили.

Марго вопросы по этому поводу не задавала, а я говорить об этом не хотел. Лучше оставить всё это в прошлом. Начать с чистого листа.

– Нет, – ответила стыдливо Марго, и я прижал ее к себе крепче, чтобы она не чувствовала за собой вину. Достаточно того, что эти чувства одолевали меня. Я же не хотел, чтобы она терзалась.

– Прости меня, Ник, но Ваня пока в садик не ходит, поэтому других детей с отцами не видит. Так что вопросов он не задавал, а сама я эту тему не поднимала.

Я видел, что ей было стыдно за это, но я на нее не злился. Может, оно и к лучшему, что такой разговор между ними так и не состоялся.