– Конечно, навестим. Завтра и сходим, хорошо?

– А когда ее мама поплавится?

– Не знаю, солнышко, но пока Аня с вами играть не сможет, так что придется вам походить с мамой на работу, сыночек.

– Снова с другими тетями играть? – недовольно спросил у меня Ваня.

– С аниматорами же весело, Вань, неужели нет?

– Но я хотю быть с тобой, – упрямо сказал сын, обнимая меня за ногу.

– Мама занята, Ваня, она работает. Не будем ей мешать, мы найдем, чем заняться, – вмешалась Ксюша, утирая слезы рукавом.

Я погладила ее по голове и прижала к себе. Она всегда была умненькой девочкой и понимала всё с полуслова, поэтому и старалась отвлечь Ваню, чтобы он не сильно расстраивался.

– Не хотю с длугими иглать!

Я взяла Ваню на руки, так как он не успокаивался, но когда мы уже хотели пойти в сторону детской комнаты, где я их обычно оставляла, но в этот момент раздался телефонный звонок.

Я бы его проигнорировала, но когда увидела номер, замерла. Это был тот звонок, которого я так сильно ждала.

Ник. Мне звонил Ник…

Я оцепенела, одной рукой держала сына, а второй – телефон у глаз. Он вибрировал, а я никак не решалась принять вызов. Меня вдруг охватил страх.

Я боялась того, что услышу. Будто он вынесет мне приговор или…

О втором я старалась не думать. Боялась, что моя надежда рассыпется прахом.

– Стоит отлучиться на сутки, как ты уже не хочешь меня не то что видеть, но и слышать, Марго?

Я вздрогнула, когда услышала за спиной знакомый голос. Тот самый… Родной… Долгожданный…

Я сглотнула и медленно развернулась, поудобнее перехватывая ребенка. Сын недовольно заерзал, увидев, что я не слушаю его, и посмотрел в сторону Ника.

Возникла немая сцена, как в кино.

Все вокруг проходили мимо, не обращая на нас внимания, а мы замерли, неотрывно глядя друг на друга.

У меня перехватило дыхание от небрежного вида Ника. Он словно не спал всю ночь. Волосы были взлохмаченные, глаза покраснели, словно в них лопнули капилляры, на лице проступила многодневная щетина, скулы осунулись, а сам он выглядел уставшим и изможденным.

Для него это было не характерно, так как он предпочитал строго соблюдать распорядок дня и всегда ложился рано, вел здоровый образ жизни.

С одной стороны, меня накрыло чувством вины, ведь я поняла, что новость прошла для него не так уж и гладко, и всё это время он ее переваривал.

С другой стороны, мне было обидно, что он так бесследно и без слов пропал, даже ничего не сказав мне напоследок. Будто мужчина из анекдота, который ушел за хлебом и не вернулся.

– Мог бы и позвонить, если хотел, чтобы я тебя ждала, – сказала я на свой страх и риск.

У меня еще тлел страх, что со мной он быть больше не хочет, но меня обнадежило его появление и собственнический тоскливый взгляд, которым он меня кинул.

Мне почудилось, что он смотрел на меня с теплом, но я мысленно встряхнула головой. Не хотела лишний раз забивать себе этим голову, чтобы потом сильно не расстраиваться. Достаточно с меня несбыточных надежд.

– Я не знал, нужно ли это тебе, – прохрипел Никита и перевел взгляд на хмурого Ваню.

– Мама, кто это? – недовольно спросил сын, чувствуя напряжение, летающее в воздухе.

Ксюша же вцепилась в мое бедро и с опаской смотрела снизу вверх на Ника, но при этом молчала.

– Это…

Я замялась, вопросительно глянула на бывшего мужа, не зная, что сказать. Ведь если я признаюсь, что это его отец, то назад свои слова забрать не смогу, а гарантировать без заверений Ника его присутствие в жизни Вани я не могла. Слишком многое стояло на кону, а я не могла рисковать. Не тогда, когда от меня зависело будущее сына.

В этот момент я увидела Вику и восприняла ее появление, как спасение в самый нужный момент. Глазами намекнула, чтобы она подошла к нам, и она сразу же уловила мою молчаливую просьбу.

– Ксюша, Ваня, вы побудьте с тетей Викой пока, а мне нужно поговорить с дядей, хорошо? – протараторила я, а затем опустила сына на пол и подтолкнула их с дочкой к Вике.

Вика еле слышно поздоровалась и что-то промямлила в ответ на нечитаемый взгляд Ника и быстро забрала детей, несмотря на сопротивление сына. Он же недовольно оглядывался и хмурил брови, с подозрением рассматривая Никиту. Мне даже показалось, что он что-то заподозрил, но я постаралась об этом не думать.

– Это он? – прохрипел Ник, жадно глядя вслед Ване.

Его тоскливый и вместе с тем воодушевленный взгляд на сына о многом мне сказал. Я же не смогла ему ответить и просто кивнула, чувствуя, как внутри всё переворачивалось от одной только мысли, что моя самая большая мечта могла вот-вот сбыться.

Что Ник возьмет Ваню на руки, а сын назовет его папой…