– Это ты о себе говоришь? Если думаешь, что родила ребенка мужчине и он за это должен на тебе жениться, то мне тебя жаль.

– Себя пожалей, а меня не надо. В отличие от тебя у меня есть все: красота, карьера, сын, мужчина.

– Ты забыла добавить, что мужчина чужой.

– Ненадолго.

Она становилась всё более злой по мере нашего разговора, а я всё больше леденела, не понимая, каким образом держусь и не рыдаю прямо при ней. Мне было плохо, но я не хотела демонстрировать перед ней свою слабость.

Не хотела, чтобы она думала, что ей удалось меня задеть. Что она победила.

– Сейчас уже не те времена, когда мужчина должен жениться на женщине, если она от него залетела по случайности. Не удивлюсь, если ты прокалывала презервативы. Но наверняка вышла осечка, ведь он так и не женился на тебе, верно?

Я подбирала слова на ходу, но, видимо, попала в точку.

– Ты ничего не знаешь, так что закрой свой поганый рот!

Она едва не визжала, от чего я осознала, что явно задела ее больное место.

– Ты женщина, которая просто вовремя не сделала аборт. Никогда он не хотел от тебя ребенка, и мы обе это знаем.

То время, которое я провела наедине с собой, привело меня к мысли, что Ник не стал бы рисковать и просить кого-то родить ему ребенка, учитывая его генетику. Так что даже если утверждать, что все между ними было обоюдно, ее словам, что Ник знал, что она хочет оставить ребенка, я бы ни за что не поверила.

Он всегда был ответственным и никогда бы не позволил никому рисковать. Боялся бы, что ребенок родится больным.

Пусть между нами сейчас были разногласия, но Ника я знала слишком хорошо.

– Смотрю, много ты знаешь. В любом случае, это всё уже не имеет значения, Маргарита. Факт в том, что у нас с Ником родился полностью здоровый ребенок. Сын. Мальчик, о котором мечтает любой мужчина. И Ник не исключение. Думаешь, что между мной с сыном и тобой он выберет тебя? Мне тебя жаль, если ты и правда думаешь, что нормальный мужик выберет суррогат вместо настоящей семьи.

Она так и исходила желчью, явно пыталась меня задеть, а у меня оставалось всё меньше сил, чтобы ей противостоять.

– Всё, хватит этой пустой болтовни. Ты пришла сюда, чтобы посмотреть на своего мужа. Так чего тянешь? Неужели боишься столкнуться с суровой реальностью?

Она посмотрела на меня с насмешкой, будто читала мои мысли. Я прикусила губу, злясь на себя за это проявленное малодушие.

Она же не дала мне больше времени, чтобы собраться, и сделала несколько шагов назад, после чего перевела взгляд в сторону.

А затем я последовала за ней.

Первое, что бросилось мне в глаза, – это обнаженная спина Ника. Он лежал на животе, подогнув под себя ногу, при этом был абсолютно голый.

Я заметила, что Ева не стеснялась разглядывать его со всех сторон, а взгляд ее задержался на упругих ягодицах. Я сжала кулаки, чувствуя зарождающийся гнев, который сменился отчаянием при виде мужа.

– Ева, ну ты долго еще? – пробормотал Ник, затем скинул подушку и снова лег.

– Я уже тут, милый.

Голос ее прозвучал ласково, тембр изменился до неузнаваемости.

– Не уходи далеко, – хрипло прошептал муж.

Его слова были как ножом мне по сердцу. Оно сразу же закровоточило, но я, несмотря на увиденное, всё еще не могла поверить в то, что это было правдой.

На полу возле кровати валялся использованный презерватив, но муж при этом будто не замечал моего присутствия и не слышал разговора с Евой.

– Немедленно встань, Ник! – крикнула я, не в силах больше наблюдать за тем, как он меня игнорировал.

Услышав мой голос, он слегка приподнялся и развернулся, глядя на меня сонными глазами. Губы его искривились, он усмехнулся так, будто я была здесь лишней.

– Свали отсюда, – лениво произнес, даже не встав.

Я ожидала чего угодно, но только не этого. Думала, что он начнет оправдываться, но при виде меня не последовало никакой ожидаемой реакции. Он будто вздохнул с облегчением, увидев, что я разоблачила его измену.

– Если мы и пытались уменьшить твое унижение, Марго, то ты сама напросилась, – вставила свои пять копеек Ева.

Я же больше не могла находиться здесь и выскочила из комнаты, больше не собираясь слушать издевательства этой женщины. Как и не могла сдерживать рыдания, которые подступили к горлу.

Я бежала прочь из отеля, не разбирая дороги из-за слез, застилавших глаза. Меня тошнило и выворачивало наизнанку, и когда я добежала до угла, удалившись на значительное расстояние от отеля, согнулась пополам, и меня вырвало.

Именно в этот момент я осознала, что совершила очередную ошибку, поверив мужчине. Все они были одинаковыми.

Ник

– Марго! Родная!