– Хельгурд, не ворчи, вредный ты лис, – со смехом ответил вместо меня Кайен, войдя следом.

– О! – вскочил со стула маг. – Так вот оно что! Кайен, ты… как?

– Вашими молитвами, Хельгурд. Точнее, молитвами моей жены. Срок обета подошел к концу.

– Чудесно, чудесно! – потер руки немолодой оборотень. – Тогда, дорогой воспитанник, завтракайте с княгинюшкой. И работать, работать. Бери всё снова в свои руки, а я и так тут засиделся.

– Рабовладелец, – усмехнулся князь. – Совсем мою жену уморил за эти месяцы. Как тебе в голову-то пришло столько на нее взвалить? Мм-м, наконец-то можно пить из кружки, – тут же отвлекся он на ароматный чай.

– Леди Розалинда сильная и трудолюбивая девушка, – ничуть не устыдился советник. – Назвалась княгиней, вот пусть и отрабатывает. Тем более что народ чуть ли не скандирует, что им княгинюшку подавай. Благодетельницу и заступницу…

Он перевел на меня взгляд, вдруг прищурился, подался вперед и начал бормотать:

– Ну-ка, ну-ка… Что это у нас? Неужто я не ошибся?.. Но столько времени… В чем же причина? Нет, надо еще…

– Лорд Навасса? – осторожно позвала я и невольно пододвинулась к Кайену. Не нравится мне, когда смотрят с таким нездоровым интересом.

– Хельгурд? – отвлекся от завтрака князь. – Что ты там бурчишь и пожираешь Рози глазами?

– Не обращайте внимания. Показалось кое-что. Но это пустяки, даже говорить пока не о чем, – отмахнулся он. – Просто привиделось. Поторопитесь, дорогие мои. Дела вас заждались.

Уже вечером маг столкнулся со мной в коридоре, когда я шла с кухни, оставив распоряжение относительно торта на завтра.

– Леди Розалинда, – перегородил он мне дорогу. – Как вы себя чувствуете? Ничего не беспокоит? Никаких необычных… ощущений или мыслей? Может, хочется чего-то странного?

– Лорд Хельгурд, если вы намекаете на внезапное и незапланированное «вдруг», которое мы с вами обсуждали на балу, то спешу вас успокоить. Меня ничто не тревожит, никаких ощущений и странных желаний не появилось. И этого «вдруг» точно нет.

– Это, бесспорно, хорошая новость, – пристально вглядываясь в меня, отозвался он. – Но если вы почувствуете недомогание или… что-то вам несвойственное, известите меня. Я маг, смогу помочь.

– Благодарю. Я буду иметь ваше предложение в виду и непременно им воспользуюсь, если что-то случится.

– Угу, угу, – не разжимая губ, покивал Навасса. – В чем же все-таки дело? Показалось? Или нет?.. – Это доносилось уже мне в спину. Оборотень разговаривал сам с собой, и это откровенно пугало. Что он ко мне прицепился?

Вечером следующего дня, когда я вошла в свою спальню, чтобы принять ванну и переодеться ко сну, обнаружила на кровати кучу свертков и коробок, перевязанных розовыми и черными лентами.

– Лисси, это что? – указав на них, спросила я у своей горничной.

– Не знаю, госпожа, – сияя лучистым солнышком, ответила девушка. – Это князь велел для вас тут оставить. Вскрываем?

– Конечно! – Я присела на край кровати, наблюдая, как горящая любопытством девчонка бросилась распаковывать подарки. Ведь подарки, да?

– Ой! – обалдело пискнула Лисси, вынимая из одной коробки нечто кружевное, соблазнительное и невесомое.

– Да-а-а… – выдохнула я, вытаращившись на это… «нечто». – Давай дальше.

– О-ё-ё-ёй! – краснея до корней волос, выпалила оборотница, вынимая вторую штучку.

– Ыгым… – сглотнула я.

– Ой, мамочки… – Это следующая обновка покинула шуршащую обертку и легла на покрывало рядом с предыдущими.

– Мм-м, – меня хватило только на мычание.

Мы с горничной вытаращились друг на друга, не имея сил что-либо произнести. Она потыкала в остальные свертки, спрашивая, вскрывать ли? Я кивнула. Интересно ведь, хоть и страшно.

– А-а-а… – это придушенно Лисси.

– О-о-о-о! – это я.

– Ой, божечки милостивые! – это горничная.

– Какой сты-ы-ыд! – это восхищенно я.

– А это… как? – в замешательстве пробормотала Лисси, вертя в руках нечто, состоящее из черных ленточек и нескольких черных же кружевных цветочков.

– Вот бы я еще знала… – мой изумленный комментарий.

Упаковка полетела на пол, а мы с моей верной помощницей отступили на несколько шагов от кровати и, встав плечом к плечу, в немом изумлении смотрели на… это.

Бордель? Не-е-ет, то, что носят девушки в борделях – по сравнению с этим, можно сказать, скромные наряды жриц или детские платьица с фартучками и бантиками в косах. А вот это…

Где! Мой! Муж! Это! Взял?!

Лисси гулко сглотнула, повернула ко мне голову и хлопнула ресницами так, что меня чуть ветром не унесло. Впрочем, я тоже могла лишь моргать.

Оборотница набрала в грудь воздуха, открыла рот, но смогла лишь помахать руками, ибо прокомментировать то, что мы с ней сейчас видели, оказалась не в силах. Я также, а потому молча кивнула.